А вот Эдвард Моравский был человеком несколько иного склада. Он и внешне был похож на профессора университета, да и по образованию и призванию был юристом, хозяйственником. Этот человек умел заражать идеями, умел организовывать массы. Еще весной 1941 года он вступил в организацию «Баррикада Свободы» и после ареста ее лидеров нацистами вместе со Станиславом Чудобой встал во главе ее. После переименования на втором съезде в апреле 1943 года партии польских социалистов в Рабочую партию польских социалистов он стал членом ее Центрального комитета. А уже в декабре 1943 года принял участие в учредительном заседании Национального совета, став его вице-президентом. А в марте этого года в составе делегации приехал в Москву, чтобы установить контакты с польскими коммунистами, проживавшими в СССР. Тогда же делегация Национального совета была принята Сталиным, где Моравский имел с вождем долгую и содержательную беседу. А в июле 1944 года, как это ни бесило польское правительство в изгнании, в Москве Молотовым и Моравским был подписан польско-советский договор о границе по линии Керзона. Тогда Сталин признал Польский комитет национального освобождения в качестве временного правительства Польши.
– У вас есть какие данные о готовящихся провокациях, товарищ Шелестов? – спросил Берут. – Мы можем обменяться информацией и постараться вместе решить эту проблему.
– Конкретных данных о подготовке чего-то такого у нас пока нет, – ответил Максим. – Мы просто анализируем обстановку здесь, на конференции. А еще у нас есть основания полагать, что Миколайчик привез с собой не только экономистов, юристов и секретарей. Вчера во время тайной встречи Миколайчика и американского представителя в Москве генерала Дина, вашего лондонского оппонента, хорошо охраняли. Среди них были люди с хорошим боевым опытом и готовые убивать. Это слабо походит на мирные переговоры.
– Совершенно верно, – согласился Платов. – Я подтверждаю, что Миколайчик и его переговорная группа активно ищут контакты для решения польского вопроса в свою пользу. Они рвутся к власти и готовы заплатить за это любую цену.
– Мерзавцы, – процедил сквозь зубы Берут. – Русские солдаты льют кровь, освобождают Польшу от коричневой чумы, десятки тысяч поляков сражаются бок о бок с Красной Армией за свободную Польшу, а эти пауки в лондонской банке жрут и друг друга, и норовят укусить и других, сожрать всех противников.
– Они просто рвутся к власти, – ответил не столь эмоциональный Моравский. – Самое опасное, что они за помощь в этом готовы платить не из своего кармана, ибо их карманы пусты. Они готовы платить Польшей. Вот это особенно гадко. Польшей за личные амбиции.
– Скажите, товарищи, а кто такой Юзеф Пжибыш? – поинтересовался Шелестов.
– Полковник Пжибыш? – насторожился Берут. – Вообще-то он полковник Армии Крайовой. Руководил несколькими операциями на территории Белоруссии, оккупированной Польши.
– Операции против немцев? – сразу же попросил уточнить Платов.
– Не совсем. – Берут на миг опустил голову, но потом снова открыто посмотрел на русских. – Дело в том, что лондонское правительство в эмиграции не поощряло активного участия подразделений Армии Крайовой в боевых действиях… против немцев. Нам они объясняли это тем, что хотят сохранить армию для решительных боев за Польшу. А слишком раннее выступление Армии Крайовой приведет к большим потерям. Операции проводились, но большей частью против изменников, предателей Польши, какими они их считали. Часто под этим предлогом случались стычки с подразделениями Армии Людовой, которая подчинялась представителям с территории СССР, сотрудничала с Красной Армией, были бои и с партизанами. Горько думать об этом, но поляки убивали поляков.
– Многие народы прошли через это. И нас не минула чаша сия, – прокомментировал Платов. – Вы можете предположить, для чего полковник Пжибыш здесь, в Москве?
– Возможно, в качестве охраны польской миссии, – ответил Моравский и переглянулся с товарищем. – Но это тревожный факт.
– Возможно, что еще более тревожным фактом является и то, что вместе с Пжибышем мы заметили некую Алицию Вячерек. Эта дама вам знакома?
– Алиция Вячерек террористка. В 1942 году она прошла курс подготовки в Великобритании в управлении «D» службы разведки.
