— Ясно, — с улыбкой ответил друг, — Ты всегда был такой чувствительный и частенько делал то, от чего самому было хуже. Такой ты человек, — он потрепал непослушные светлые волосы бедняги, — Тебе лучше поспать, я позвоню твоим родителям, а завтра все объясню своим.
— Спасибо.
— Не стоит, — ещё одна тёплая улыбка.
Закончив напряжённый телефонный диспут, Энди снял перепачканные уличной пылью тапочки и лёг рядом с Роди. Тот уже мирно спал. Лицо его было таким безмятежным и спокойным, будто все, что мучило его так долго в секунду отступило, даровав свободу и покой. Так хорошо и больно. Шатен укрыл его и себя, приобнял одной рукой и тоже последовал в царство Морфея.
На следующее же утро первым делом Вудс расстался с Лорой. Следствием этого была сильная боль и красный след на щеке. Девушка как следует дала ему пощёчину.
***
№ 8 привели в уже известную камеру. Туда же, где сорок пятый проводил его «вскрытие». Пленника усадили на туже кушетку, снова сковали.
Противный мужчина по номером №45 поднёс большой шприц, напольный странной жидкостью, с толстой металлической иглой к горлу и сделал укол. Непонятная сыворотка быстро расходилась по всему организму. С каждым мгновением ему было все хуже. Горло отекало и он с трудом мог вздохнуть. Зомби широко раскрыл рот и громко вдыхал и хрипел. Его зрачки расширились, пальцы нещадно царапали ложе. Бедняга начал биться в конвульсиях. Бредил. Кричал. Душераздирающие вопли гулом расходились по зданию. В каждую пору на холодном теле словно воткнули иглу, а каждую косточку начали пилить на живую. Роди потерял сознание от болевого шока.
Вудс открыл глаза уже в камере. Первое, что он увидел — тьма. Она медленно прояснялась, сначала показывая невнятные, словно писанные маслом, фигуры, а потом картина становилась все чётче. Парень лежал на руках у №13.
— Прости меня, пожалуйста, прости, — слёзно просил надсмотрщик, поняв, что заключённый пришёл в сознание.
8 резко вскочил , быстро отшатнулся и начал отползать к самой решётке. Шатен подошёл, поднял руку, чтобы погладить и тем самым успокоить зомби. Но тот, дрожа, вжался в прутья,сливаясь в одно целое с ними .Ученому оставалось только уйти.
«Каким же идиотом я был!» — думал №8 во мраке ночи, пока все фонари были погашены. — « Как я мог думать, что могу кому-то тут доверять?! К черту все! Надо стать эгоистом! Надо просто выбраться от сюда самому! Забить на всех и вся и уже тем более на №13!»
========== Глава 6. “Раскрыт “. ==========
Роди был уже на грани. Он совершенно потерялся во времени, будто оно одновременно остановилось и в то же время летело с космической скоростью. И вот уже бедолага не мог понять, находится он тут пару дней или больше месяца. Парень был совершенно разбит и опустошён. Словом, уподобился другим заключённым. Предательство всерьёз подкосило его. Будто из-под висельника выбили табурет, и вот он болтается, мельтеша ногами, хватаясь руками за толстый канат, обдирая с них кожу, жадно хватая воздух ртом. Вудс выглядел марионеткой с обрезанными нитями. Целыми днями лежал, вжавшись спиной в стену, иногда его силой выволакивали на «процедуры», а когда 13 приносил еду, Роди не смотрел на него и не ел.
Несмотря на все это бессилие, упадок, сердце горело лишь сильнее, разум требовал воли, свободы. Душе так хотелось снова оказаться посреди той дикой, необузданной степи, что, наконец, смогла выйти из-под тирании человека. Снова вдохнуть прохладный утренний воздух, ощутить кожей, лишённой способности осязания, теплоту солнечных лучей. Ему так хотелось увидеть маленьких полевых мышек, уличных собак и своих любимых и таких обычных «клиентов», которым он относил посылки.
«Как же теперь майор получит письмо от своей любимой жены?» — думал пленник, глядя в серый пол.
Удивительно, как резко меняется наша жизнь. День ты — обычный подросток, готовящийся к поступлению, в следующий — мертвец, жаждущий свежей плоти, в третий — разносчик газет и писем, а после — пленник в странной больнице. А в прочем, с кем не бывает? Нельзя зарекаться ни от чего. Жизнь довольно странная штука.
Кстати, теперь изменились и «процедуры», которые врачи проводили с Роди. Иногда они были такими же жуткими, а в другие дни парню всего лишь давали горькие пилюли или микстуры.
«Я, что, по-вашему, простужен?» — мысленно возмущался зомби.
Между тем, каждый раз, когда надсмотрщик приходил к нему, Вудс всем своим видом выказывал свою обиду и разочарование. Шатен вновь протягивал ему сласти, Роди не брал их. А после нелепых, по мнению пленника, отговорок и оправданий, 8 просто кинул шоколадный батончик в лицо №13, а затем, будто побитая собака, отполз к своей «кровати», жалобно и ненавистно глядя, на удаляющуюся фигуру в белом халате.
