Норито. Сэммё полностью

и низ у них алый, а верх золотой.

Стали мы думать, почему явились

те облака невиданные, чудесные,

и люди, служащие в управе церемоний[429],

так сказали:

«Рассмотрев те письмена чудесные,

[поняли мы], что есть то Счастливое Облако[430].

Воистину встретились мы с чудом великим», —

так сказали они.

Однако мы помыслили, что чудеса великие,

благородные, удивительные, невиданные

в царствование государей мудрых

за добродетель [их] выпадают.

Наши же добродетели вовсе не таковы,

чтобы двигать сердце Неба-Земли, — так мы помыслили.

Явились же те облака над храмом богов великих,

и есть то знак, указующий милость богини великой.

Сверх того: есть то дар от душ, помогающих и милующих

государей покойных, о коих молвят с трепетом.

Сверх того: в прошлом месяце муцуки

собрали мы всех монахов из всех храмов великих,

дабы семь дней читали они сутру Сайсёокё[431],

и службу покаяния совершали перед Китидзётэн[432],

и все священство в согласии с принципом служило,

и все подданные в согласии с принципом радели, —

вот и явились облака как знак великий,

чудесный и благородный,

изволением единым Трех Сокровищ, небожителей[433] и богов Неба-Земли, —

так мы помышляем.

Посему те великие знаки, чудесные, радостные нижайше принимаем,

и поскольку таить ничего не намерены,

созвали мы всех принцев и вельмож,

дабы вместе с ними радоваться и почтительность выказать,

и за благодеяния Неба-Земли отплатить,

и сему изреченному повелению великому

внимайте все, — так возглашаю.

Небо — тьму вещей покрывает и питает,

ласкает и жалеет…[434]

…И всем нэги, оомоноими, утибито[435] в храмах великих вторая ступень чина жалуется; тем же, кто ниже микамунаги, первая ступень жалуется.

Далее. Жалуем ранг губернаторам двух храмовых округов земли Исэ и хафури всех земель, — имеющим чины и не имеющим. Кроме того, жалуем ранг мужчинам и женщинам ниже шестого ранга и в левой и в правой частях столицы, — тем, кому шестьдесят лет и старше. Притом тем, кто имеет высший шестой ранг, согласно обычаю, жалуем дары. Тем, у кого низший шестой ранг и кто уже тройной отбор прошел, лучшим из них жалуем шестой ранг высшего класса. Почтительным сыновьям, послушным внукам, верным мужьям и добродетельным женам, а также тем, кто на полях трудился, вторую ступень чина пожаловать и на воротах их знак восставить, и до скончания их века от оброка освободить. Тем, кто выше пятого ранга, дары жалуются. Далее. Всем землям Поднебесной оброк сего года вполовину прощается. Старцам от восьмидесяти лет, а также одиноким, кто себя содержать не может, жаловать нелущеного риса. А также, согласно знамениям явившимся, название годов переменить. Сим повелением третий год Тэмпё-Дзинго переменяя, первым годом Дзинго-Кэйун нарекаем.

И сему повелению великому, государыней реченному,

все внимайте, — так возглашаю.

Указ великий государыни, дочери Ямато,

о коей молвят с трепетом,

что, как богиня явленная, великой страной восьми островов правит,

принцы, владетели, вельможи,

всех ста управ чиновники и народ Поднебесной,

слушайте все, — так возглашаю.

Хасэцукабэ-но анэмэ[437] мы, как прислужницу нашу, рангом пожаловали, титул родовой сменили и награждали всячески. Однако все изменилось, сердце ее нечистым стало, и сделалась она предводительницей [заговора], за собою повлекши принцесс Осака и Ивата[438]. И тайно ходили они в дом этой Курия-но Махито Куриямэ[439], каковую государь покойный, о коем молвят с трепетом, по ошибке [в мире] оставил. Заключили они связь с теми слугами нашими, у кого сердце нечистое, и заговор замышляли: государыню свергнуть, в Поднебесной смуту учинить, а наследником Неба сделать Сикэсимаро, сына того Хиками-но Сиояки, коего мы ранее презрению предали. Похитив волос государыни, о коей молвят с трепетом, вложили они его в череп, взятый из грязной реки Сахогава, пришли с ним во дворец великий и трижды ворожбу[440] сотворили. Однако благодаря поразительной силе бога величественного — Русана-нёрай, сутры Сайсёокё, Кандзэон-босати, богов добрых, чтящих закон, — Бонъо и Тайсаку, четырех великих владык небесных[441], а также благодаря силе охраняющих нас и помогающих нам душ императоров, о коих молвят с трепетом, Поднебесной правивших со времен начала Неба-Земли и поныне, и еще благодаря силе богов Неба-Земли все эти деяния грязные, кои замышлять и исполнять не должно, на явь вышли. И вот, закону согласно, все они подлежат за эту вину смерти. Посему правильно было бы в согласии с законом предать их презрению[442]. Однако мы их милуем и на одну ступень наказание понижаем: их имена семейные изменяем и назначаем им дальнюю ссылку.

И изреченному повелению великому государыни

все внимайте, — так возглашаю.