Изольда осталась рано одна с ребёнком, без мужа, без помощи и без поддержки. Кое-как нашла работу в доме богатых Свешниковых и служила им верой и правдой до сегодняшнего дня. Она мыла, убирала, готовила еду, ухаживала за маленьким Ильёй. Пока нянчилась с чужим ребёнком, родная дочь росла, как трава в поле. Изольда не сразу заметила, что девочка отстранилась от неё, стала колючей и своенравной. А когда заметила, то было уже поздно. Девочка-подросток начала покуривать и почувствовала на себе дурманящее бесшабашное действие алкоголя. Когда второй раз Изольда пришла в школу по приглашению директора, то та после долгих нравоучений, известила мать о том, что четырнадцатилетнюю девочку придётся поставить на учёт в детскую комнату милиции. И вот тут женщина решила наверстать упущеное. Она применяла все нехитрые методы воспитания – била ремнём, уговаривала по-хорошему, запирала дома, но однажды девушка сбежала. Её, конечно, искали по вокзалам, по притонам, среди бомжей и беспризорников. Куда ещё могла отправиться беглянка? Через два месяца Изольду вызвали в местное отделение милиции и сообщили, что её дочь задержали в компании таких же бестолковых, недалёких и наглых подростков, которые на спор воровали из супермаркетов дорогие продукты. Российский суд как всегда оказался неумолим. В качестве меры наказания девушке назначили два года лишения свободы. Вот тебе и детские шалости. Однако со временем постепенно всё наладилось, после освобождения дочь окончила вечернюю школу, потом училище, а там и заочное отделение Института экономики и права. Вскоре, не без помощи Элеоноры Свешниковой, её приняли на работу в солидную фирму менеджером, с хорошим окладом и перспективой роста по служебной лестнице. Девушка удачно вышла замуж и родила Изольде внучку. В общем, жизнь наладилась, Изольда нарадоваться не могла, но пятно в биографии дочери осталось мрачным напоминанием об идиотских поступках юности. В тот момент, когда брак Свешниковых начал трещать по швам и вылез страшный голос, который поставил под угрозу и семейное спокойствие Изольды. Некий мужчина предложил ей сделку. Он не обнародует факт судимости дочери начальству солидной фирмы в обмен на небольшую услугу. Она должна забрать, а попросту выкрасть из кабинета хозяина документ и передать ему. Голос увещевал, что дело ерунда, надо только принести простую бумажку, маленький документик. На самом деле аноним толкал женщину на воровство важного документа, и она это понимала, иначе, зачем весь сыр бор с шантажом! Мужчина предупредил, что сообщит позднее, где и как состоится передача бумаг. Сначала он уговаривал по-хорошему, потом перешёл к угрозам. Женщина металась, ей не с кем было даже посоветоваться. Она так ревностно охраняла тайну непутёвого чада, что растерялась, когда поняла, что шило из мешка уже выпало. Кто и как мог узнать о тюремном сроке дочери, Изольда даже представить не могла. Один звонок в службу безопасности компании мог поставить крест на работе сотрудницы с сомнительной репутацией. Начальство естественно прекратит взаимоотношения с человеком, у которого за плечами судимость за воровство. Женщина сломалась и пообещала выкрасть документ, когда появится возможность. Думала ли Изольда о последствиях своего поступка? Конечно, думала. Она надеялась, что в суете последних похоронных дней, Свешников не обратит внимания на отсутствие документа, а когда обнаружится пропажа, то можно будет всё спихнуть на воров или на эту подозрительную парочку, да и вообще сделать вид, что ни сном, ни духом! Но всё обернулось ужасной катастрофой. Софья застала её возле открытого сейфа и сделала несколько фотографий, пообещав, что сообщит в полицию, как только переговорит с хозяином.
– И что, секретарша так просто вас отпустила?
– Отпустила, но обыскала, – вздохнула женщина. – Без хозяина, она ничего бы не предприняла, а он в этот момент находился на похоронах жены. Приехал его сын из Англии, на поминках собралось много знакомых и друзей так, что ему сейчас не до меня, но когда Софья ему сообщит… страшно представить реакцию.
– Как вы думаете, она следила за вами?
Иса прикинул в голове, что в этом доме все друг за другом шпионят, подслушивают и подсматривают.
– Наверное, она что-то заподозрила, может я по телефону громко разговаривала. Эта секретарша в доме глаза и уши хозяина. А сама, как я подозреваю, опаивает Свешникова чем-то.
– В каком смысле? Травила его что ли? – полицейского всегда забавлял такой ход в расследовании – «да, я такая плохая, а вот она…»
– Точно сказать не могу, но подозреваю нечто подобное. После нескольких операций, доктора обнадёжили, что зрение хозяина со временем вернётся, а ему становится всё хуже и хуже. Сейчас вообще почти ничего не видит.
– Но зачем она это делает? – воскликнул Иса.