Дальше прилагаются документы, формулы, за счёт чего получен такой результат. Изложив суть предложения, изобретатель обязан описать, какого эффекта он достиг. Претендент на получение патента предъявляет доказательство того, что изобретение можно реализовать и оно работоспособно. Свешников же зарегистрировал именно «Способ», как объект изобретения. Способ – защищает технологию – действия, выполненные над материальным объектом с помощью материальных средств, с целью преобразования его в новый материальный объект. Если уж очень просто, то объясню – есть известные способы выделки шкур животных, а Свешников предложил принципиально новую технологию и именно для шкурок викуньи. И вы не думайте, что всё так просто. При защите и признания изобретения патентноспособным надо долго доказывать удовлетворение условию изобретательского уровня. Вот представьте себе, в 1846 году американский хирург Уильям Мортон предложил применять эфир в качестве обезболивающего средства при хирургических операциях. Мортона назвали благодетелем человечества, но Американское Патентное ведомство так и не выдало ему охранный документ!
Лиза подняла брови и округлила глаза в немом вопросе, и Рафик спросил с любопытством:
– И почему?
– А потому что формулировка не укладывалась в рамки законодательства. Ведь ему только и надо было в заявке сформулировать:
«Способ хирургического вмешательства, включающий применение лекарства, снижающего болевые ощущения (в Китае подобное средство-опий уже знали), отличающийся от прежнего тем, что в качестве лекарства используют эфир». Вы поняли, в чём суть? Мортон должен был просто и грамотно написать в заявке, что вместо опия предлагает употреблять эфир! Так вот к тому я вам всё рассказываю, что Свешников таки добился получения патента.
– А вы знаете, что викуньи находятся в Международной Красной Книге?
– Вопрос не по адресу. Наше бюро выдаёт только патент на изобретение, а не на реализацию и экономический эффект.
– В том случае если документ потерян, его украли, он сгорел, что тогда?
– Не проблема, мы выпишем дубликат.
– Ваше бюро предусматривает секретность имён получателей патентов?
– Смотря, на каком этапе. Изначально мы не имеем права разглашать любые данные, для того чтобы обезопасить претендента на патент от конкурентов. А в конечном итоге каждый изобретатель мечтает прославиться и получить прибыль от своего открытия, поэтому наше бюро каждые шесть месяцев выпускает ведомости, где публикуется перечень новых разработок.
Рафик поднялся, ему почему-то не хотелось уходить от этой разговорчивой, приятной женщины и возвращаться прокуренный кабинет. Ему просто нечего было рассказать своим коллегам. Он горячо поблагодарил блондинку за содержательную беседу и понуро побрёл в Управление.
У Петрищева была та же самая история – поиски банка, в котором Свешникова держала свои средства, ничего не дали, то есть управляющие, коммерческие директора, менеджеры услужливо кивали, встречали радушно, угощали кофе, но информацией делиться не торопились и все как один требовали официальный запрос. Официальные документы сделать не проблема, но на это необходимо время. Имелся только один толковый результат – эксперты выяснили, что на телефон Софьи Полетаевой действительно поступил звонок седьмого июня в девять тридцать часов утра из телефона-автомата неподалёку от отеля «Дориан Инн». Получалось, что секретарша не врала, ей действительно звонили, но кто и о чём шёл разговор выяснить не представлялось возможным.
Шапошников вернулся из аэропорта в более приподнятом настроении и поэтому, когда сослуживцы увидели его просветлённое и дружелюбное выражение лица, их неудачи в расследовании показались не такими уж безнадёжными. Рафик даже позволил себе шутку:
– Я так понял, что наш греческий друг всё-таки улетел на родную землю? Не выдержал реалий российской жизни.
– Улетел, – подтвердил Шапошников. – И передавал всем горячий поцелуй. Он вчера разговаривал с домработницей из дома Свешникова и поделился сегодня очень важной и интересной информацией.
Полицейские выложили друг другу всё, что накопили за последние часы и пришли к неутешительным выводам – они мало продвинулись в расследовании. Вопросы только накапливались, а ответов набралось не густо. Но из Шапошникова била какая-то по-хорошему злая энергия.