Разочарованный бедуин остался позади, сегодняшняя цель — жемчужина халифата, белоснежный дворец правителя. Точнее, как выяснилось через полчаса — его высокий, белоснежный же забор. Конфуз. Никто из нас вживую дворец не видел, но можно было бы и догадаться, что все будет наглухо огорожено, это же восток. В истинном вижу сигнальный и боевой контур по верху забора.
— И мы так просто уйдем, не увидев дворец? — с жалобными нотками спросила Рыжая. — Может, влезем на забор?
— Даже не думай, — покачала головой жрица. — по ощущениям — там редкая гадость.
— Слушай, мелкий, ты же можешь превращаться, так?
— Ну да, — опрометчиво согласился я.
— А можешь превратиться в дракона? Большого, чтобы поднять нас трех на себе?
Эм. Я могу превратиться в здоровую ящерицу, верно, но вот взлетит ли она… Хотя… Если перед малым воплощением наложить особо мощные печати левитации и подвесить их текущий просчет на династию… И укрепить псевдоплоть иллюзии, чтобы несла… Дело, вообще говоря, не в этом — нас просто собьют нахрен за полеты над дворцом халифа. Магию в халифате контролируют спустя рукава — если уважаемые люди колдуют, то им виднее — но такую угрозу безопасности никто терпеть не станет. Можно было бы связаться с дежурными эсперами, маякнуть моей аурой класса Б, получить разрешение. Но раскрывать мое присутствие в городе совершенно не хочется. Туплю. Над южным городом должны быть неслабые восходящие потоки — приложив буквально капельку магии, можно создать в небе мираж, воздушное зеркало…
— Есть идея получше. Давайте найдем укромное место для подготовки.
Мы сворачиваем в переулок — и видим шестерых замотанных в пыльные тряпки типов с кривыми мечами, среди них — прежний бедуин. Вот же… Высвобождаю свою ауру, вжимая недоумков в брусчатку — может, обойдется? Ага, побежали…
— А ну стоять! — звучит голос драгоценной супруги, «командирский ремикс». Не обошлось…
— …Ладно, ты — дворянка Летних, — ворчит жрица, устраиваясь с ногами в кресле у камина. — Ладно, твой муж-подкаблучник — как бы младший эльфийский дворянин. Но мы-то причем? Я уже собиралась сесть напарнику на шею и свесить ножки…
— Муж мой, кажется, я поняла, чего не хватает в нашем доме, — благоверная выразительно поглядывает на жрицу. — Что за дом могущественного злодея — без темницы?
Опять они за свое.
— Испытывать будем на авторе идеи, — нашлась напарница.
— Что же, — супруга потянулась с ленивой грацией, едва не пробив мне заклинание-мозговой кулер. — Если работа злодеем вызвала у моего господина профессиональные деформации — тут ничего не поделаешь…
Меня выручил стук в дверь.
— Задрали, — пробормотала жрица. — Напарник, объясни уже зеленым, что ты им не нянька.
— Согласна, — предала мужа остроухая.
Я открыл дверь.
— Беда, Вождь Вождя! Там…
Какая-то неправильность. Я касаюсь источника, супруга и жрица настораживаются — и тут, прорвав иллюзию, в открытую дверь хлынул поток толстых, как бревно, безглазых чешуйчатых червей с огромными зубастыми пастями. Меня сшибло с ног и протащило по доскам пола, какая-то тварь вцепилась в руку; слышны женские крики, сторожевые печати извергают смертоносные заряды, параллельно идут алерты от домена — черви вгрызаются, встраивают себя в его структуру. Автоматическая защита замолчала. Сенсорная сфера бесстрастно отмечает семьдясат три враждебных сущности в каминном зале — из трех сотен ворвавшихся вначале, восемь на втором этаже — прорвались сквозь окна, шестнадцать на третьем, три в подвале. Уже две — еще один из червей полностью вписался в магические алгоритмы дома. Жрица успела создать молочно-белую сферу, прикрывающую ее и Рыжую, супруга орудует кинжалом — одна из тварей корчится на полу, не сожженная лучистым огнем печатей, но рассеченная сталью почти по всей длине. Кривые зубы впиваются мне у основания шеи, трещат тонкие кости, еще одна пасть, дыша смрадом, раскрывается прямо перед лицом… Взрыв черного пламени отбрасывает тварей — вместе с кусками моей плоти, оставшимися в зубах — но только отбрасывает, гибельный для всего живого огонь инферно почти безвреден для конструктов из темного начала.
— Зхха…мрите! — крикнул я, просчитывая траектории векторов, и через миг комната превратилась в работающую мясорубку, пятнадцать математических плоскостей стремительно вращаются вокруг пяти наклонных осей, лишь едва не задевая словно окаменевших девушек.
— Гм, напарник… — подала голос жрица, когда с червями и мебелью в зале было покончено. — Ты пытался спасти нас или убить?
— Создай священный круг, — сказал я, поднимаясь. Неслабо же меня погрызли. — И не выходите из него, пока я не закончу зачистку.
Домен слушается, но со скрипом — не менее дюжины червей успели всосаться в его логику. Хромая, взбираюсь на второй этаж, первая дверь — и раскаленные до звездных температур искры устремляются десятком золотых нитей, рассекая черную чешую.
