— Мое мнение о темных магах серьезно пошатнулось. Или эти закомплексованные мертвые девственники — не показательная выборка?
— Издержки Правила Двух, — я пожал плечами. — Сначала годами учишься у сварливого тирана, потом бац — и помираешь в самом расцвете сил. Ребят можно только пожалеть.
— Хочешь сказать, — эльфийка подшагнула, прильнула к плечу, как ластящаяся кошка. — Что и ты внутри такой же, муж мой?
— Смотрю, ты освоилась с частичной одержимостью. Начинаем?
Я испускаю мощный импульс маны, этакий боевой клич альфы, заявляющего права на территорию. У кого-то внутри Башни тоже было раздутое самомнение — на шестом этаже полыхнула ответная вспышка. Ворота медленно и торжественно отворились.
«Никуда не торопимся, смотрим в оба на случай ловушек.»
Я бы на месте новых хозяев тупо закачал в лестничную клетку горючий газ, впустил незваных гостей да и… Хотя возможно, здание им нужнее, чем пропеченные трупы самого молодого магистра и его остроухой жены. Или они очень самоуверенны.
«Принято.»
Ловушек не было. Вместо них на нас стаей пираний накинулись голодные духи, стремясь овладеть, подчинить, сожрать, на худой конец. Гротескные морды кидались на нашу призрачную ауру, но защита династии держала — надолго ли… Черт, владей я серебряным правом, как подобает магистру, кровососы не рискнули бы даже приблизиться. Или если бы я углубленно занимался спиритизмом, а не по верхам в рамках общей программы. Может, пробить чревоточину магией пространства и попасть на шестой этаж в один шаг? Точно. Пространственная магия, фишка моего старика, частично передавшаяся мне. Сенсорная сфера с точностью до микронов считывает объем вокруг, все в радиусе шести метров, не являющееся мной, супругой, духами династии и конструкциями Башни. Печать — и отмеченный объем воздуха, грязи и алчных духов сворачивается и капсулируется в шарик размером с горошину. Воздушная волна ударила по перепонкам, заполняя возникший вакуум, каменные ступени и стены обрели зеркальный блеск. Уцелевшие твари отпрянули, я задумчиво покатал шарик на ладони и картинно уронил на пол.
«Предатель.»
«Мы подарили бы тебе весь мир, но ты пошел против нас.»
«Смерть.»
«Ты будешь страдать до и после смерти.»
Моя сенсорная сфера сканирует двенадцатиметровый радиус — чудовища поспешно убираются с нашего пути. А вот теперь можно и чревоточину.
Мы возникаем на шестом этаже, где лестница раскрывается в тронный зал Губителя[20]. Факелы на стенах зажигаются один за другим, наконец из сумрака вырисовываются каменные крылья трона. На троне — на моем троне, заметьте! — сидит ученик магистра с эспаньолкой, живее всех живых, морда опять надменная. Впрочем, возможно, он просто с ней родился.
— Не думал я, что вы зайдете так далеко. Ну же. Склонитесь предо мной, и я отдам вам половину мира.
— Эй, это мой трон, парень. Ты его нигде не запачкал, не поцарапал?
— Твой? Боги степи признали меня. Теперь все вокруг мое, — он лениво повел рукой, и по сторонам трона из воздуха соткались четверо Падших, только не иссиня-черные, как я помнил, а призрачно-красные. — Видишь? Даже твои воины теперь мои.
Ненаглядная пренебрежительно фыркнула. Аура засранца была все еще слабее моей — но куда сильнее, чем была на заседании. Либо тогда часть его сил была запечатана — либо он скачкообразно усилился, например, теми же жертвоприношениями. Глупо. Темные ритуалы дают силу, но ненадолго и дорогой ценой. Пару недель понтов — а потом магическое бессилие, хорошо, если временное.
— В этот раз старики не спасут тебя! Я убью тебя и заберу твоих женщин себе — сегодня со мной три десятка Великих Духов Степи!
Три десятка упырей? Ха. Со мной четыре сотни закомплексованных мертвых… Гм. Не будем вдаваться в подробности — четыре сотни духов темных волшебников. Я скромно улыбнулся под маской и открыл было рот, чтобы поведать дятлу о его ничтожности — и тут ненаглядная, прямо посреди сурового мужского разговора, атаковала эльфийскими стрелами. Не знаю, кто больше растерялся — он или я, но покуда мозги пробуксовывали, в игру вступили вбитые наставниками рефлексы.
