В долине на миг вспыхнуло второе солнце. Облако раскаленного газа вспухло огромным горбом, оторвалось от опаленной земли, оставляя следом дымный столп — «ножку» гриба. Рядом пораженно выдохнула жрица — и тут до меня дошло, что сейчас произойдет. На остатках магической силы проваливаюсь в ускорение и, не церемонясь, бросаю девушку на камни, накрывая сверху собой. Всю оставшуюся ману — в Черепаший Панцирь, что-то внутри меня ломается, на месте источника возникает сосущая пустота, сенсорная сфера схлапывается. Ударная волна обрушилась тысячетонным молотом, гора под нами беззвучно задрожала, как в лихорадке. Увлекая наш силовой пузырь, склон дрогнул, превращаясь в щебень, и, ускоряясь, устремился вниз.
Все-таки надорвался, мелькнула неожиданно злорадная мысль. Магия молчала, долбаный гомеостаз превратил мои мышцы в желе. Насколько же проще в компьютерных играх, где красная полоска никак не зависит от синей… Я крепче прижимаю к себе жрицу, пальцы левой руки нащупывают на поясе активатор Возврата. Стеклянная трубка лопается под пальцами, и — и нихера не происходит. Йопт. Мы уже не катимся по склону, мы практически летим. Так, ладно. Портал не пашет и магии я лишился, но серебряное право все еще со мной. Если локально инвертировать вектор тяжести или задрать силу трения вверх до упора… От жрицы по узам пахнуло решимостью — девушка закинула руки, обнимая меня, в правом боку зазубренными остриями взорвалась боль…
Я парю над обвалом, легко контролируя воздушные потоки. Напарница замерла в моих руках, уткнулась лицом мне в плечо.
«Прости. Прости меня…»
«За что? Все в порядке, мы оба живы.»
«Последний шанс. Этот алгоритм возвращает волшебника в боевую готовность, но — за счет изначальной Юань-ки. Я только что сожгла около трети твоего жизненного срока.»
Треть жизни? Вот спасибо, родная. Мы бы прекрасно спаслись просто на серебряном праве, а потом, в спокойной обстановке, за месяц-другой восстановили бы мне источник… Стоп, у меня нет месяца-другого, через три дня — ритуал.
«Ты все сделала правильно. Молодец, малыш.»
Она фыркнула мне в плечо, но как-то… расслабилась, что ли. В ушах мерзко запищало — ко мне возвращался слух. Что-то мешало дышать, словно в груди, под горлом, попало нечто постороннее — пыли наглотался, что ли… Вывернув шею в сторону от девушки, прокашливаюсь — и меня чуть не сгибает пополам, кашель дерет легкие. Истинное засекает капельки крови, подхваченные ветром — так вот ты какое, истощение изначальной Ки…
Долину под нами заволокло дымом — горело все, что не камень. Сенсорная сфера не находит никого живого — ни в долине, ни вокруг, где размещались отряды инквизиции. Надеюсь, они успели отойти в храм. Гнезда тоже нет на месте, видать, сорвало ударной волной. Жалко. Читая древнее заклинание, я и представить не мог, что эффект будет таким разрушительным — может, в следующий раз сначала думать, а потом уже делать? Двойной отклик на сенсорной сфере, живые на семь часов. Истинное позволяет озираться, не вертя головой — я перевел взгляд за левое плечо — в небе хлопал крыльями исполинский орел, видимо, дезориентированный взрывом, в его когтях вяло шевелилась облитая сверкающим металлом человеческая фигурка. Да ладно?!
«Это он?»
«44 % порчи. Он, без вариантов.»
Так, если бы птица Рух подхватила его прямо перед взрывом — их бы прожарило до хруста и размазало о ближайшую гору. Значит, все случилось, пока я готовил заклинание, но…
«Куда смотрели оцепление? Не могли хотя бы просигналить, что ворона-переросток умыкнула цель?»
«Помнишь обрыв единения? Мои силы внезапно стали недоступны, и храмовая телесвязь пропала. Что-то серьезно не в порядке с религиозным аспектом астрала.»
