Алгоритмы Девятого не подвели — мой возраст устремился назад. Немедленно возник непредвиденный побочный эффект — я ощутил, как глупею, и чем моложе — тем сильнее. На тридцатых годах чувство стало невыносимым, и я оборвал процесс на двадцати девяти. Одежду, не рассчитанную на такой рост, пришлось подгонять магией. Поднимаюсь с колен ученицы, протягиваю руку, помогая ей встать.
— Что случилось с Хозя… с мастером Витторио, Учитель? Он просто исчез, вместе с духами.
— Рунная магия, — я посмотрел на остаточный след в логике пространства. — Руны не обязательно писать — при хорошем воображении их можно просто произнести. Он был в чем-то прав, мы должны изо всех сил постигать Искусство — но и пренебрегать смежными дисциплинами также не следует.
— Я запомню, Учитель.
— Ты не хочешь мне ничего рассказать? Я никак не мог успеть соединиться с печатью, я умирал от старости.
— А, это… Мои слезы имеют свойство рассеивать проклятья. Из-за этой способности у меня было на редкость печальное детство.
Автор, что за дурацкий рояль? Спасибо, конечно, но…
— Ну ты даешь, — улыбаюсь я. — Все мыслимые достоинства, тяжелое детство, уникальная способность… Твое второе имя случайно не Мари?
Девушка счастливо выдохнула и прижалась к моей дистрофичной груди.
— Наконец-то… Почему так долго?! Ты хоть знаешь, сколько бесконечных ночей я провела в пустоте, сторожа твое бездыханное тело?
В свете черной луны наши тени падали на матовый камень. Пятиглавая драконица прижималась к болезненно худому человеку в мантии.
— Мари? — ошалело выдохнул я. — Подожди, о чем ты… И почему твоя тень…
— Две богини всегда могут договориться. Мне не хватало сил, ей — искры творчества. И нам обеим нравился один мужчина…
Убейте меня, если я хоть что-нибудь понимаю. Хотя нет, одно уже ясно — эта стерва строила из себя забитую жертву, будучи сильнейшим аспектом разрушения в нашей реальности.
— Я так соскучилась! Мои крылья всегда защищали тебя, но это не то, совсем не то… Да и ты, жестокий, отдал одно крыло той никчемной девчонке. Но мы снова вместе, и теперь все твои желания исполнятся.
Меня обнимает темная богиня. Та, из-за кого погибли мои друзья, моя названая сестра, мои жена и дочь. Если я сейчас… Кладу ладонь ей на грудь, над источником; она, не замечая опасности, смотрит щенячьими глазами.
— Прямо-таки все желания?
— Ты чем-то расстроен? Это из-за твоих друзей? Прости, обещаю, я все исправлю.
Все исправишь? Как?
— В полной силе я буду властна над жизнью и смертью. Убей мое все еще живое тело в подземельях Храма. Позволь мне полностью возродиться. И я верну всех, кого ты потерял — но учти, дорогой, место первой жены — мое!
«Сейчас она слабее тебя. Не теряй времени, Ядерная Леда специально разрабатывалась для уничтожения аватар богов.»
«Заткнись, Огнеокий, нельзя переть грубой силой на Фактор. Нужна концептуальная атака.»
«Ты еще предложи мистические глаза восприятия…»
Моя рука все еще покоится над ложбинкой между грудей. Тактильный контакт. При поддержке династии и целой коллегии древних мастеров в моем сознании простраиваются глифы нового, невиданного доселе заклинания.
— Дорогой?
Мои ошибки, фатальные и не очень. Адский труд тренировок, убийственные нагрузки в борьбе. Недопонимания, дурная репутация, потребительский подход правителей.
— Дорогой, что ты делаешь?!
Боль и тяжесть потерь. Сомнения в собственном рассудке, моменты слабости. Я собираю несовершенство мира в себе и вокруг себя, кристаллизуя его в разящий клинок.
Коррекция мироздания: Касание Реализма!
С хрустальным звоном тень Идеального Мира разлетелась на куски.
Я спас мир и частично отомстил за своих. Откуда же эта неожиданно живая горечь — раскание за предательство близкого человека?
— Нет! За что, почему ты так поступил?!
Я изменялся, Фактор уходил из моей жизни. Вы правда думаете, что шестнадцатилетний парень будет тренироваться, как проклятый? Или что ему будет так легко даваться сложнейшее искусство другого мира? Сила никуда не делась — она принадлежала не мне, темным магистрам прошлого. Ушло мастерство чародея, сейчас я мог разве что сотворить фаербол. Хотя такой фаербол играючи расколет континентальную плиту — силы Разрушителя лишь чуть-чуть не добирали до божественных. И разумеется, ушло равновесие — детонация энергетической матрицы через пять… четыре… три…
— Прости, — я вырвался из рук девушки. Я не мог телепортироваться — тупо не хватало практического навыка; ощущая свою ничтожность, я мысленно попросил древних закинуть меня повыше вверх, хотя бы из солидарности волшебников. Мир провалился вниз. Здесь было еще светло — и чертовски холодно, и не хватало воздуха. Далеко внизу плыли облака, серые на черном. Теряя сознание от кислородного голодания, я заставил себя улыбнутся — и еще успел увидеть, как земля внизу озаряется сиянием нового, краткоживущего светила.
— Зафиксирована высокоэнергетическая реакция в стратосфере!
