Обложка нового
Я собрался и сообщил:
– Ухожу! Мы с Петером сегодня встречаемся.
В кафе я пришёл заранее, занял столик, и вовремя, минут через десять ни одного свободного места не было. Петер пробрался ко мне, мы обнялись, о многом надо было поговорить. Главные темы: Трамп, Евросоюз, судьба евро, повышение цен, элитное жильё в Берлине. Потом мы всесторонне обсудили вопрос, как американцы снимают квартиру. Чтобы снять квартиру, нужно столько бумаг собрать… чуть ли не доказать свою благонадёжность.
– Но больше всего меня потрясло, – продолжал я, – что американцы нормально воспринимают повсеместную слежку – камеры видео-наблюдения и прочее.
О какой демократии они говорят?! Полицейское государство!!
И теперь ещё выясняется, почему фрау Меркель молчала, когда узнала, что её телефон прослушивается. Потому что все граждане нашей страны прослушиваются! За всеми нами ведут наблюдение тайные службы (Geheimdienst) и организация по защите конституции (Verfassungsschutz) нашего государства!
Неприятные новости.
А мы тут разводим полемику, надо ли на улицах и в метро устанавливать камеры видео-наблюдения.
На остров хочу!
Не реальный, естественно, дома хочу остров создать – ничего не слышать, не знать, заботиться о своей семье, жить в любви и согласии.
– Дело говоришь, – сказала женщина за соседним столиком. – Я давно уже радио не слушаю, ящик не включаю, газеты и журналы не читаю.
Я посетовал:
– Мне бы ещё жену убедить!..
– Нет, наших не убедить, – Петер заказал ещё по бокальчику.
3016 раз обстреляли Донбасс. Макеевка, шахта Глубокая, Ясеноватая, Авдеевка, Коментерново.
Снова заседание по Минским соглашениям… Снова призывы… к обеим сторонам… о прекращении огня…
Украинские власти боятся, что забудут о них. То, что было нужно Обаме, Трампу ни к чему: Вашингтон, комментируя события, забыл назначить виновных.
А в остальном всё, как и было два года назад, в феврале 2015.
Никакого просвета.
Я тогда не могла поверить в свою догадку. Проснулась среди ночи из-за неё.
Так недальновидная
Недаром народ её любит, устал быть побитым. Россия ей как кость в горле.
Я предполагала, что она – и её соратники, которые всё носились с моделью для устройства Украины, –
Нет, как раз реальная политика и рвалась вперёд: «70 лет назад мы проиграли, но теперь мы в фарватере экономики!» А Россия, как сказал лопоухий друг, с разодранной в клочки экономикой что-то пыжится, поддерживая своего президента (83 процента населения тогда), который «не учитывает современного расклада сил, состояния дел» и всё доказывает, что Россия – великая держава. А нам хочется быть гражданами великой страны.
– Укрепляйте свою экономику, – посоветовал Аксель, – и будете.
Он тогда читал книгу «Мистер Путин» Фионы Хилл и доставал меня своими комментариями:
– Он пришёл к власти в конце 1999 года, во времена упадка, после декады политического и экономического коллапса. В своей декабрьской речи он пообещал защитить и восстановить государство. Он задел нерв, это соответствовало чаяниям многих русских.
Аксель сделал паузу и вывод:
– Он себе не изменил – обещал служить Отечеству, а не его гражданам, и слово своё держит.
Пятого февраля вдруг вспыхнула надежда: Меркель и Оланд летят в Киев к Порошенко. Потом – в Москву к Путину.
Неужели?!..
Шестого февраля, ровно два года назад, мы ждали известий об их встрече. Состоится ли? Никто ничего не знал, только журналисты высказывали свои предположения.
Но вот Меркель прилетела во Внуково, минут через десять Оланд появился.
Они уединились в Каминном зале – втроём, без советников, без никого, только втроём.
Через 5 часов сообщили, что они удалились на ужин.
Через полчаса, что Меркель и Оланд покинули Кремль.
У меня сердце упало. Так ни о чём и не договорились?
Испарились без каких-либо сообщений для прессы, 70 журналистов ждали. И мы – миллионы.