— У неё в опыте пилотирования огромных летающих скал опыта столько же, сколько и у всех нас вместе взятых…Ноль целых шиш десятых! — Подбодрил я ирландца, сам стараясь не слишком сильно нервничать при виде того, как заросшие лесом руины города потихоньку увеличиваются в размерах, ибо мы теряем высоту.- Но зато у Эвы есть крылья вместе с прилагающимися к ним полетными инстинктами и чуть ли не аналог докторской степени по тому как нужно конструировать всякие волшебные побрякушки…Правда, конструировать и управлять с ювелирной точностью это немного не одно и то же…
— Вот ты меня сейчас вообще не успокоил! — Нервно дернул щекой мужчина, который судя по всему немного побаивался летать…Ну или как минимум — приземляться.
— Да расслабься! — Хлопнул его по плечу я, вызвав едва ли не аналог колокольного звона. Толстые и тусклые серо-стальные латы, украшенные алой гравировкой в виде борющихся единорогов, были Патрику малость великоваты, а потому он даже с поддоспешником внутри них болтался словно сантехник в колодце во время землетрясения…Но больно уж интересными характеристикам обладал трофейный доспех, снятый с пусть потерявшего сознание, но вполне живого рыцаря, успешно пережившего подрыв прямо у себя под ногами не одного десятка килограмм в тротиловом эквиваленте. И, что было для нас возможно даже более ценным, магической привязки к носителю данная скорлупа не имела. — Волшебство — это тебе не техника, что от любого просчета или мелкой неисправности готова из строя выйти! Пока Убежище кто-нибудь на куски не разобьет, оно не сломается…А любое место, на которое шлепнется наш город, автоматически становится глубокой ямой и подходящей взлетно-посадочной полосой, ибо способной таскать на себе не один десяток построек скале на всякий там рельеф местности плевать с высокой колокольни…Ну, может быть кроме ну очень глубоких и крупных водоемов и других гор. Более твердых.
Спуск продолжался, слегка замедлившись, и уже секунд через тридцать к нему прибавился сочный влажный треск, с которым сминалась в лепешку разнообразная тропическая растительность. И живность, если та не додумалась вовремя убежать в тот момент, когда небо заслонила громадная тень, и с верхних ярусов джунглей вниз стали сыпаться обломанные макушки, ветки и прочий мусор. Эва конечно старалась выбрать участок относительно свободной территории, но в том, во что превратилась бывшая Европа полянок подходящего размера для летучей скалы было вряд ли сильно больше чем коммунистических общин в старой Европе. Касание твердой поверхности и остановка движения вышли не такими уж и мягкими, многих качнуло, а кое-кто даже упал на колени или на задницу, но имеющиеся здания не рухнули, воплей задавленных слышно не было, а относительно пологий склон моей передвижной базы выводил практически прямиком на остатки того, что некогда было многополосным автомобильным шоссе. Трава и деревья пробивали асфальт тут и там, а кое-где бушевавшими тут за время отсутствия человечества дорожное покрытие растащило в стороны на десятки метров, но по сравнению с окружающими дебрями тут хотя бы можно было пройти без того, чтобы прорубать себе путь через кусты и лианы при помощи какого-нибудь мачете.
— Первая сотня и Изабелла за мной, на разведку города, Местер будет прикрывать нас в воздуха! Вторая под командованием Патрика контролирует ближние подступы к убежищу, собирая все ценное и не удаляясь от него дальше линии прямой видимости, остальные остаются на базе, охраняют гражданских от нападения зверья, поддерживают порядок и готовятся дать отпор возможному противнику! — Принялся сыпать приказами я, отдавая указания своему пока еще не сильно великому войску. Боевые потери и те, кто решил после Тренировочного Лагеря в свободное плавание, воспользовавшись обелиском, составляли примерно четверть от прежнего состава вооруженных сил, что было неприятно, но не критично. Особенно если учесть, что на этой стадии ассимиляции нашей планеты Бесконечной Вечной Империей наличия крупных армий вторжения не ожидалось. Если верить моим воспоминаниям о будущем, они появятся позже, причем позже на десятилетия, а то и целые века.
