Не смущало и то, что я, в самом деле, даже ждал повторной встречи. Хотелось узнать, все ли в нем настолько переменилось. Понаблюдать за ним в его привычной среде обитания, когда он деловит, сосредоточен и серьезен. Выловить по мизерным крупицам эмоции в его грязно-зеленых глазах. Слушать этот «противный» голос, от которого всегда в наших интимных моментах дрожь возникала. Цепляет он меня. Все еще цепляет. Стоило увидеть… и замершее на время желание внутри, запертое мной же, вырвалось наружу.
…
Вечером здание выглядело еще более внушительным. Рабочий день, насколько я понимал, подходил к концу, и из-за пасмурности вокруг было довольно темно. Воздух удушливый словно загустел. Внутри все присмирело, замерло в ожидании непонятно чего. Просто… в ожидании.
На сей раз кабинет был другой. И насколько я понял, он Тихона. Все минимизировано, но оттого не менее дорого и стильно. Приглушенные цвета. Удобные кресла и средних размеров диван.
Сегодня он был в темных джинсах и клетчатой рубашке. Волосы распущены, и вид довольно непринужденный. Словно мы не договор серьезный заключаем, а так… встретились поболтать. Глаза по-прежнему нечитаемы. Лицо собранное. Каждый жест продуманный.
И наблюдать за ним оказалось безумно интересно. В нем очень много сексуальной энергии. Каждый его жест будто с особым подтекстом, и в глазах моментами искры вспыхивают. Но этого слишком мало, чтобы понять его реакцию на меня, есть ли она вообще или со временем угасла?
- Итак, подписи поставлены. Время пожать руки, господа, - прерывает мой поток мыслей юрист. Поднимаю глаза на сидящего напротив Маркелова. Смотрю на вытянутую руку. И думаю, шандарахнет ли меня точно также, как тогда, от одного лишь прикосновения?
Крепкая хватка, почти до боли. Прохладная, сухая ладонь. И глаза… чертово болото напротив. Но похоже, одному мне неуютно. Он ведь стоит, словно ничего особенного, собственно, и не происходит. Быстро пожал мою руку, отпустил и сел обратно. Без лишнего взгляда. Касания. Жеста. Ничего. Обидно даже… так, стоп. А что должно было случиться? Гром прогреметь? Солнце с небес на землю рухнуть к моим ногам? Или Маркелов на колени?.. Слегка кривлюсь своим мыслям, это же надо - о такой хуйне думать, когда ты продажей обузы занимаешься. Другой бы прыгал и скакал от радости по всему кабинету, а мне, видите ли, внимание конкретного человека не хватает. Ебанулся уже в конец.
…
- Ладно, с фирмой, собственно, проблема решена, только вот в понедельник мне официально выходить на работу. А с тобой, зомби-бой, я не разобрался.
- Я уже говорил, не влезай в это. Нет нужды, все пройдет со временем, - уверенно отвечает Макс, но только я его слишком хорошо знаю, потому вижу многотонную печаль в глазах. Грусть, что искажает его лицо, делая из доброго, улыбчивого парня - угрюмого мужчину, накидывает несколько лет смело. Со временем пройдет?.. Глубоко внутрь заползает вопрос. Скользит по оголенным нервам. Все ли в силах исчезнуть со временем? Лечит ли оно так, как говорят, или это пустые слова, тщетные надежды, дабы самих себя успокоить? Это как призрачная надежда где-то там, на горизонте маячит, нависает грозовой тучей это самое «пройдет…». Только проходит ли на самом деле? Стоило ли ждать? Или все напрасно?
А у него прошло?..
Фыркаю громко, закуриваю, откинувшись со стоном на диване. Ловлю недоумевающий взгляд друга. А разница, живы его чувства или нет? Какая, к черту, мне до этого разница, я же сам его послал?! Сам отверг. Обрубил. А сейчас мне, блять, интересно, живо ли все? Идиот. Блядский тупой придурок.
Что имеем - не храним, потерявши - плачем? Только вот я не хранил и не плакал, в том-то и дело. Спокойно отослал и, весь в своих заботах, довольно быстро обо всем забыл. Привык быть без него. И не скажу, что это было пиздец как сложно или даже больно. Нет. Все спокойно… просто скучно. И самую каплю тоскливо. Не более. Однако в данный момент я роюсь в собственной голове, пытаясь найти ответы на всплывшие вопросы. А нужны ли они мне? Станет ли легче? Усмирится пытливый ум и все станет прежним? Пресным…
- По-моему, помощь нужна не мне.
- Что? – поднимаю голову, переспрашивая, не услышав толком, что он сказал, а точнее услышав, да не поняв.
- Я говорю, помощь не мне нужна. Что с тобой? Я уже который день замечаю твое задумчивое лицо. Не скажу, что не видел тебя таким раньше, но сейчас ты делаешь это сверх собственного лимита. Что немного, по правде, пугает. Ты о работе думаешь? Так не дрейфь, Леша с Тихоном помогут. По крайней мере, я не увидел в них жажды размазать тебя мухой по стеклу. Вообще, сделка заключена идеально, восстановление уже началось. Это удача, а у удачи есть имя…
- Ага, Маркелов. Это проказа, а не удача. Сам убил - сам восстановил. Чертов благодетель, - вдавливаю окурок в дно пепельницы с такой силой, что палец немеет. – Такое чувство, что ему просто нравится вот так играть судьбой другого. Решать. Напыщенное лицо, по-деловому серьезное. Брюки, рубашка, отполированные до блеска туфли. Показушник. Позер, мать его.
