Автор затушевывает всю эту историю историей о голоде, чтобы рассказать нам, что Давид оказывается казнил потомков Шауля чтобы умилостивить Яхвэ, да и вообще казнил он их не сам, а руками жителей Гивона, перед которыми Шауль страшно согрешил когда-то. И как бы из-за грехов Шауля Милосердный Господь насылал голод на Избранный Народ. Год за годом. Насылал — и сидел себе тихо-тихо. Как бы, догадаются или нет? Три года заняло Давиду чтобы разобраться в причинах несчастья. Ну, и какой у Давида оставался выход?! Как еще, спрашивается, можно спасти страну от голода?! Спасал, как мог.
Казненных оставили висеть перед статуей Яхвэ на какой-то скале. Мать двоих из казненных осталась сидеть под виселицей, отгоняя от покойников птиц, пока Давид, месяца через три-четыре, не приказал захоронить останки. Заодно нам зачем-то сообщают что и Шауль с Йонатаном были перезахоронены. В общем, Давид никак не мог отвязаться от Шауля и его родни, даже после их смерти.
Далее повествование как-то скомкано. Нам сумбурно рассказывают о сражениях с друзьями Давида — плиштим, сообщая между прочим, что Давид уж не тот и что хотя он рвался в бой, но чуть не погиб в одном из сражений, и уж точно погиб бы, если бы не Авишай Цруевич.
Тогда люди Давида поклялись ему, сказав: не выйдешь ты больше с нами на войну, чтоб не погас ты, светоч Израиля. Это очень иронично, особенно в свете последней войны Иудеев с Израильтянами. Вот вам Светоч Израиля: гангстер и убийца.
Здесь задержимся на минутку и отметим, что на этот мутный и далекий период у археологов существует три точки зрения:
Максималисты верят в каждую точку и запятую Писания и у них нет ни малейшего сомнения — как написано, так и было. Даже не зная археологии, только поверхностно читая текст, мы видим тексте массу логических несостыковок и попытки объяснить и истолковать корявые моменты, что само по себе вызывает подозрения.
Минималисты сообщают нам с места раскопок, что нет никаких прямых доказательств Царствования Давида, ни одной находки. Что также ставит под сомнение позицию Писания. Про Шломо (Соломона) вообще говорить нечего.
Другими словами, если о факте существования Давида есть хотя бы косвенные свидетельства, то Шломо историчен в той же степени что Гильгамеш и Геракл.
Умеренные археологи пытаются балансировать между этими двумя полюсами, соглашаясь, что Писание нельзя слепо принимать на веру, но и не стоит отрицать. Как сказал один из таких умеренных, уважаемый профессор:
— В истории есть немало примеров, когда харизматичный лидер основывал великую империю с нуля. Чингиз-Хан, например. И нет у нас достоверных фактических находок, на 100 процентов подтверждающих существование Чингиз-Хана, но никому не приходит в голову отрицать факт его существования. Так почему бы не предположить, что и Давид и Шломо были историческими персонажами, хотя, возможно, совсем не такими, как их описывает Писание?
Ну, предположим, и вернемся к тексту.
Автор продолжает приводить отрывочные сообщения о сражениях с плиштим, добавляя имена отличившихся героев армии Давида. Имена эти ничего особо не говорят, разве что большинство этих имен не имеют ничего общего с культом Яхвэ, то есть, не содержат в себе Йо или ху (как Йоав и Бенаяху). Вот, например некоторые из них — Адино, Эльазар, Шама, Авишай, Асаэль, Элика, Майрай, Хэйлев ну и сам Давид.
В последней главе, непонятно для чего, автор снова сочиняет нам историю в стиле Книги Судей, по сценарию: 1. Все хорошо 2. Евреи грешат 3. Евреи наказаны 4. Евреи бегут к богу за спасением 5. Бог их спасает.
Только на этот раз все хорошо, но бог сам подбивает евреев на грех, сам наказывает и сам спасает. То есть, ведет себя как ребенок, который вынужден играть в свои игрушки в полном одиночестве.
Нам сообщают, что без всякой на то причины опять воспылал гнев Г-сподень на Израильтян, и подбивал Г-сподь Давида против них, чтобы приказать: пойди, пересчитай людей Израиля и Иуды.
Давид послушно выполняет волю Всевышнего и отправляет профессионального киллера Йоава Цруевича произвести перепись населения. И вроде бы Йоав пытался вяло сопротивляться, но Давид был тверд и суров — еще бы, воля Господня!
Население пересчитано, причем Йоав пересчитал заодно и ханаанцев и хивийцев. Хивийцы в принципе, те же ханаанцы, но автор почему-то упоминает их отдельно, желая, видимо подчеркнуть многочисленность населяющих царство Давида народов.