Ханна была отличным полицейским, замечательной женщиной и недавно стала матерью-одиночкой ребенка, который, видимо, не очень-то любил спать. Я предоставил ей весь отпуск по беременности и родам, который был в моих силах, что было чертовски мило, но, на мой взгляд, должно было быть преступлением. К счастью, Ханна родилась и выросла в Нью-Хоуп, и у нее была семья, готовая помочь, в том числе мать, полностью взявшая на себя роль бабушки и присматривающая за Мэйзи — дочерью Ханны — пока она работала.
— Он здесь? — поинтересовался я, отпив кофе.
Ханна кивнула. Несмотря на постоянное недосыпание, это никак не отражалось на ее фарфоровой коже, которая была такой же чистой, как и всегда. У нее были тонкие черты лица и миниатюрная фигура, и это создавало обманчивое впечатление о её слабости. Но это было не так. В этом убедился ее бывший мудак, который пытался поднять на нее руку.
— Да. Я, разумеется, записала его показания.
— Разумеется, — хмыкнул я.
В нашем подразделении царил порядок, и, хотя мои помощники относятся ко мне с симпатией, я не ожидаю, что они будут смотреть сквозь пальцы, если я нарушу закон. Они это знают.
Ханна выглядела так, будто пыталась скрыть улыбку.
— Затем я отправилась в «Kelly's», чтобы опросить свидетелей, и, представь себе… не обнаружила ни одного человека, который мог бы подтвердить его рассказ.
Я подавил улыбку. Не ожидал, что люди будут делать что-то подобное, но и не сильно удивился. У нас был сплоченный городок, мы заботились друг о друге, и я изо всех сил старалась поступать правильно по отношению ко всем, кто здесь живет. В отличии от Сэма. Его не очень-то любили.
— Значит, ты с Уиллоу Уотсон, да?
Она улыбнулась, поддразнивая. Правда, дразняще-ласковым тоном.
Я не из тех, кто треплется о своей личной жизни, потому что у меня не было личной жизни, кроме секса на одну ночь исключительно с туристками, потому что я не гладил там, где ел, а все одинокие женщины в округе искали чего-то серьезного.
В отличие от меня.
Меня устраивало быть шерифом, иметь свой домик, собаку и я мог хорошенько потрахаться с женщиной, которая знала в этом толк.
Потом появилась Уиллоу. И я понял, что не успокоюсь, пока она не станет моей.
Я раздумывал, стоит ли отшить Ханну. Она бы не обиделась. Она бы c уважением отнеслась к моей потребности в дистанции и уединении. Она не принимала это близко к сердцу.
— Да, я с Уиллоу Уотсон.
Я откинулся на спинку стула, потирая челюсть.
— Я не ожидала такого развития событий, — ответила она.
Я нахмурился, глядя на нее.
— Почему?
— Ну, я училась на два года младше тебя, и помню ваши взаимодействия. Вы с Сэмом были грубы с ней. Ну, ты не так сильно. Больше Сэм и остальные засранцы из футбольной команды. Но ты не был ее рыцарем на белом коне, приходящим на помощь.
Я стиснул зубы, слушая, как она это излагает. Мне не нравилось, что тот, кого я уважал, и хотел, чтобы он уважал меня, знал, каким ничтожеством я был.
— Блять, — пробормотал я.
Ханна положила руку мне на плечо.
— Ты уже не тот человек, каким был тогда. Все мы изменились. Она, очевидно, простила тебя. Судя по измученному выражению лица, ты должен простить себя.
Я фыркнул.
— Ты теперь цитируешь печенье с предсказаниями, Филдс?
Она рассмеялась.
— Нет, я просто слишком сентиментальна после рождения ребенка. А может, я просто схожу с ума, потому что моя дочь решила, что кричать в три часа ночи — отличная идея.
Я поморщился.
— Тебе нужен выходной на сегодняшний день?
— Черт возьми, нет, — она потерла глаза. — Это единственное место, которое дарит мне покой. Не пойми меня неправильно. Я люблю своего ребенка больше жизни, но я не из тех женщин, которые сидят дома и пекут печенье.
Я улыбнулся. Несмотря на маленький рост, тонкие и женственные черты лица, Ханна была не такой. Ее золотистые волосы всегда были зачесаны назад и собраны в строгий пучок, она не пользовалась косметикой, и не нуждалась в этом, она была красивой от природы, хотя я никогда не смотрел на нее в таком ключе, потому что был ее начальником, и воспринимал ее как ребенка, несмотря на небольшую разницу в возрасте. Она ежедневно занималась спортом, и все ее маленькие мышцы были рельефными и сильными.
— А теперь вернемся к этому заявлению, — она протянула тонкую папку. — Я думаю, Сэм слишком много выпил, поскользнулся и упал, а потом у него случился досадный провал в памяти относительно того, как это произошло.
Я усмехнулся.
— Тебе не нужны мои показания?
Опять же, я не был продажным копом. Если бы моя помощница спросила меня, что произошло, я бы сказал все как было, под протокол, несмотря ни на что.
— Нет, — сверкнула она глазами цвета эспрессо и дерзко подмигнула.
Каким бы я ни был прекрасным полицейским, я был рад, что мне не придется заниматься бумажной работой.
Она повернулась, чтобы уйти, но остановилась и оглянулась.
— Рада за тебя, босс. Ты заслужил это.
Я поджал губы и откинулся на спинку стула.
В этом мире было много вещей, в которых я был уверен, и во главе списка стояло то, что я не заслуживал Уиллоу Уотсон.
Но я все равно заполучу ее.
УИЛЛОУ
НЕДЕЛЮ СПУСТЯ