— Я не птаха, я человек, — прошипела Эллин, — человек! Ты видишь у меня перья, крылья? Если бы я была птахой, уже давно бы улетела отсюда, а не играла для этого чудовища, боясь, что сегодня мой последний день! Хорошо тебе рассуждать — ты ничем не рискуешь. Каждый вечер ты идешь в свой дом, ты делаешь, что хочешь, живешь, как хочешь! Никто не держит тебя взаперти, заставляя выполнять чьи-то абсурдные правила! На твоих глазах не исчезают соседи по комнате. Ты не живешь в страхе. Как ты смеешь? Как ты смеешь говорить мне, что я птаха? Как?
Эллин резко замолчала, чувствуя, что вот-вот расплачется от бессильной злости.
Ардел выслушал ее тираду молча, с каменным лицом. Он медленно поднялся с валуна и вплотную подошел к девушке. Позади нее свистел крутой обрыв.
«Сейчас он просто столкнет меня, — внезапная мысль посетила Эллин, — и спокойно уйдет, позабыв мое имя».
Ардел взял Эллин за руку. Она вздрогнула и взглянула на его широкую ладонь, твердую, шершавую. Надо бы отдернуть руку, но девушка не сделала этого. Мужчина отступил назад, к валуну, потянув за собой Эллин.
— Не хочу, чтобы ты сорвалась вниз, — хрипло произнес он и усадил ее на валун. Эллин удивленно заморгала. Гнев тут же испарился, оставив на губах горечь сказанных слов. Ардел встал напротив нее, скрестив руки на груди. Лицо его было непроницаемым, а глаза казались светлее, черные зрачки превратились в точки.
— Я назвал тебя птахой, — медленно, отчетливо выговаривая каждое слово, произнес он, — потому что в этом месте, замке, так называют всех девушек, как ты. К этому давно привыкли. К тому, что сады владыки переполнены не только самыми прекрасными растениями, но и самыми разными девушками. Пташками. Все привыкли к тому, что иногда они исчезают, а на их месте вскоре появляются новые. Ты тоже теперь одна из них, нравится тебе или нет.
— Но я не хочу, — Эллин опустила голову и спрятала лицо в ладонях, — не хочу…
Ардел мягко убрал ее руки и прикоснулся к ее подбородку, подняв ее лицо. От его прикосновения Эллин вздрогнула — оно было слишком интимным, слишком нежным.
И оно понравилось ей.
— Посмотри вокруг, Эллин, — тихо сказал Ардел, глядя ей в глаза, — посмотри на это место. Оно твое. Здесь ты не птаха. Здесь ты — это ты.
Эллин обвела взглядом бескрайнее поле, небо и слабо улыбнулась.
— Да, здесь я — просто Эллин, трактирный музыкант и скрипачка, — тихо произнесла она, — а ты кто, Ардел? Расскажи о себе, кто ты здесь?
Мужчина выдохнул и сел рядом с ней на валун.
— Я садовник, ты это знаешь. Сколько себя помню, всегда любил цветы, растения, землю, все, что связано с садом. Я видел в этом какую-то особую красоту и успокоение. Мой отец был непростым человеком, к тому же из знатного рода. Он не одобрял мою любовь к цветам, считал это низким делом, недостойным. В конце концов, мы сильно рассорились из-за этого, и наши пути разошлись.
Ардел замолчал и задумчиво посмотрел вдаль, на сиреневое поле.
— Что было дальше? — прошептала Эллин.
Мужчина медленно повернул голову и посмотрел ей в глаза.
— А дальше был долгий путь, очень долгий. Я странствовал, учился тому, что любил делать, узнавал мир и людей, познавал тайны своего ремесла, вопреки воле отца. Но все-таки однажды мне пришлось вернуться домой и принять наследие отца, пусть мы оба и не хотели этого и были друг на друга злы.
— Но в итоге вы примирились?
Ардел кивнул.
— Да. И я стал тем, кто я есть.
Эллин прикусила губу.
— То есть ты — садовник из знатного рода? Из почтенной семьи? — Девушка невольно хихикнула — настолько абсурдным ей показалось это.
Ардел тоже улыбнулся.
— Да, единственный в своем роде. И все же я больше садовник, чем аристократ.
— Но почему среди тысяч мест ты выбрал именно это? Почему ты работаешь именно в этом ужасном месте? — воскликнула Эллин.
Ардел тяжело вздохнул и взглянул на Эллин. Несколько секунд он молча смотрел на нее, а затем протянул руку и убрал за ухо выбившуюся прядь девушки.
— Потому что у меня есть долг перед владыкой, — нехотя ответил он, — как и у многих жителей Западных земель. Потому я здесь. Мне не всегда нравится это, но в основном я привык, как и все. В конце концов, я работаю в одном из лучших садов мира, я занимаюсь любимым делом.
Эллин подумала о своих странствиях по трактирам и вздохнула. Только сейчас она понимала, какой счастливой, несмотря на лишения, была. Она подняла голову и посмотрела на звездное небо.
— Жаль, что нельзя здесь остаться. Жаль, что здесь нет дороги, по которой можно уйти, — прошептала она и посмотрела на Ардела, — расскажи, что ты видишь, когда выходишь за пределы замка? Куда идешь, что делаешь? Я хочу увидеть мир за пределами замка хотя бы твоими глазами.
Мужчина скупо улыбнулся и сел рядом с Эллин.
— Когда я выхожу за стены замка, — хриплым голосом произнес он, — то вижу две крепости, черную и красную. В одной из них живут лучшие воины Западных земель, в другой — лучшие чародеи. Они охраняют это место лучше, чем некоторых королей. Я спускаюсь вниз по ступеням и оказываюсь на Солнечной площади, прохожу мимо лавок торговцев…