— Ну а как ваши дела? — не останавливаясь и не оборачиваясь, спросил он, уже оказавшись на третьем подповерхностном этаже.
— В целом, неплохо. Как и ожидалось, сначала коллеги приняли меня с прохладцей и насторожённостью. Но затем, благодаря общей беде, нависшей над нами, пришлось отбросить эмоции в сторону и дальнейшие переговоры провести под влиянием здравого смысла.
— Так вы что, окончательно помирились?
— Во взаимоотношениях демиургов отсутствует такое понятие, как окончательное примирение. Скажем так, мы просто личные обиды и претензии отложили на потом.
— Ясно, — понимающе кивнул человек в балахоне и прислонил ладонь к светящейся у двери его кабинета оранжевой панели. Встроенный в стену сканер, с еле слышным жужжанием, считал биопараметры и приветственно пикнул. Панель под ладонью тут же замигала зелёным, и диафрагментальная переборка разъехалась в стороны.
— Добрый день! — приятным женским голосом почти без металлического отзвука поприветствовал нас бортовой компьютер корабля.
— Здравствуй, Вейкаррия, — ответил искусственному разуму учёный. — Будь любезна, включи нам презентацию пи-эм-три-точка-ноль-дробь-пятнадцать.
Отверженный маг приглашающим жестом указал мне на диван и сам тоже направился к креслу. Я воспользовался его радушием и, затаив дыхание, уселся, в предвкушении узреть очередные чудеса науки.
Незримая Вейкаррия приглушила в помещении яркость фонарей, и посреди комнаты возникло голографическое изображение гуманоида неизвестного мне типа.
«
Парящая и вертящаяся в воздухе фигура начала быстро чередовать различные детали внешности: форму ушей, разрез глаз, цвет кожи, длину волос, рост, телосложение…
А героический закадровый баритон, с наложенными на него эффектами эха и раскатов грома, вещал:
— Они намного опаснее в бою и прекраснее в постели, нежели дроу! Они более ловкие акробаты и могущественные волшебники, чем светлые эльфы! Они гораздо сильнее орков! Их хитрость, мастерство и работоспособность похлеще гномьих! Они способны тягаться в выносливости на равных с троллями! Их осторожность может составить конкуренцию гоблинам! А ещё они на порядок безумнее людей! Они — все вместе взятые, и в то же время никто! Встречайте, новая раса — полиморфы третьего поколения!
Ну и приснится же такое!
Привиделось, будто нахожусь виртуальном аду. Да не банально поджариваюсь у чертей на сковородке, а ловко орудую алебардой, командую целой армией амазонок и вызволяю из цифрового рабства Теону!
Причём любимая отчего-то предстала там передо мной с волосами медного окраса. Да вдобавок из тёмной эльфийки превратилась в… русалку! К тому же откликалась Теоларинэ на совсем иное имя.
Нам всё время строил козни какой-то гад-админ, которого практически никогда не было видно, зато присутствие ощущалось постоянно. За глаза этого мерзавца все называли Дьяволом…
А потом я оказывался уже не самим собой, а какой-то девчонкой-каратисткой с бандитскими замашками. Галиматья какоя-то!
Впрочем, немудрено, что уставший мозг выдал подобный коктейль. В моей башке ведь столько всего намешано: компьютерные игры, мафия, магия, матриархат, телепорты, перемещения между телами, рыжебородые племянники-гномы, спецслужбы, драконы, демиурги, артефакты…
Взять хотя бы тот же браслет Нереиды. Он один чего стоит: то призывает богиню возмездия Немезиду, то позволяет дышать под водой аки диснеевская Ариэль (хм, кстати, а вот, видимо, и фрагмент в памяти, которым воспользовался мозг для перевоплощения остроухой прелести в деву с рыбьим хвостом в моём фантасмагорическом бреду), а то и не браслет вовсе, а горсть волшебных колец.
Меж тем начинающий плавный разгон локомотив, вдруг вздрогнул, протяжно заскрипели тормозные колодки, и движение резко прекратилось. Внезапно пробудившийся я, находясь «одной ногой» еще во сне, и позабыв, что лежу на верхнем ярусе, подскочил и стукнулся бровью (умудрился же!) о полку для чемоданов.
— Ай! Что за? Ой! Ц-ссс! — зашипел я от боли.
— Поаккуратнее надо, дружище! — задрав голову, посоветовал Базирог.
— Да я… просто… кошмар приснился, — промямлил в свое оправдание сразу и гному и любимой дроу.
— Сереж, так же и глаза лишиться можно, — с укоризненной улыбкой покачала головой Ёлифрэль и наложила на раненного меня исцеляющее заклинание. Припухлость и, уже успевшая налиться кровью, гематома моментально рассосались.
— Спасибо, мамуль, — поблагодарил я добрую волшебницу. — Кстати, а почему поезд остановился? Опять какой-то шутник стоп-кран сорвал?
— Нет, похоже, на этот раз и впрямь кто-то опаздывает, — прильнул к окну и, вглядываясь в плохо освещенный перрон провинциальной станции, доложил коротышка.
