Еще одно мелкое происшествие продвинуло Ирену далеко вперед в ее расследовании. Как-то подвозя Джеферсона к банку, где работала его мать, она вспомнила, что уже видела это здание... Да, видела по телевизору. В новостях. В этом банке работал Паоло Суарес. Ирена вместе с Джеферсоном поднялась к Фатиме, и та свела ее с секретаршей Суареса — Сидиньей. Сидинья ничего нового сообщить Ирене не могла. Звонок, из-за которого Паоло Суарес вдруг сорвался с места и устремился к собственной гибели, приняла телефонистка. Она не помнит, кто звонил, мужчина или женщина. Нет, вещей в рабочем столе Суареса не осталось, она, Сидинья, все отправила.
— Отправили? — уцепилась Ирена. — Куда?
— Я все собрала в коробку и отослала ее дяде Суареса в Салту, — ответила Сидинья.
— Его имя? — на всякий случай спросила Ирена.
— Педру Ронкалью, — порывшись в своей записной книжке, сообщила секретарша.
Ирена поехала в Салту.
Старик Ронкалью встретил девушку гостеприимно: не так часто к нему приезжали друзья или родственники, и появление Ирены немного развлекло его. Он напоил девушку кофе и принес коробку с вещами Паоло, которые отправила ему Сидинья. Ирена на скорую руку порылась в коробке и с разочарованием промолвила:
— Как жаль, что нет ни одной фотографии.
— Фотографии Паоло? — услужливо спросил старик и открыл ящик своего секретера. — Вот она. Только он здесь не похож на себя.
Бросив взгляд на снимок, Ирена сказала:
— Да, как будто другой человек.
— Именно этого он и хотел, — подхватил Педру, — стать похожим на одного человека... Моя жена говорила, что он даже сделал пластическую операцию.
— А зачем ему понадобилось менять внешность? — насторожилась Ирена.
— Почем я знаю, — отозвался старик. — Паоло вдруг очень разбогател, а каким путем — не знаю. Говорил, что выиграл в лотерею. Уж не знаю, откуда на самом деле свалились на него деньги, но после этого он даже зачем-то сменил имя.
— Вот как? — Открытие за открытием сыпались на Ирену. — Он изменил имя? А как прежде звали вашего племянника?
— Арналду Ронкалью, — ответил старик. — Еще кофе?
Дома Ирена еще раз перебрала вещи Суареса, которые отдал ей добрый старик, — очки, шейный платок, несколько иллюстрированных журналов, ежегодник за этот год, записная книжка Паоло, то есть Арналду Ронкалью. «Двенадцатое марта. Феррету Рибейру»... Последнее имя слегка стерто, но разобрать можно... Имя ее отца и его домашний адрес. А вот адрес комбината и дома Феррету. Похоже, этот Ронкалью, двуликий Янус, искал Франческу и дома и на мясокомбинате, а ее отца только дома. Но чего он хотел от них обоих? Может, собирался о чем-то предупредить? Из блокнота выпали визитные карточки: Вызов такси в Рио-де-Жанейро, Ресторан в Белу-Оризонте, Ресторан в Порту-Алегри. Еще рестораны. Наверное, покойник любил покушать. И еще какой-то странный список с китайскими иероглифами, под которыми перечень животных... Что за притча?
Ирена постучалась в комнату Жулии.
— Знаешь, я сегодня ездила к дяде Паоло Cyapeca. Впрочем, настоящее имя у него другое...
— Ради бога! — отмахнулась от нее Жулия. — Твое расследование у меня уже в горле стоит.
— На самом деле его звали Арналду Ронкалью, — продолжала Ирена. — и он... — она осеклась, увидев лицо Жулии.
— Арналду Ронкалью... — повторила Жулия и пошатнулась.
— Да, вот его фотография. — Ирена протянула Жулии снимок, который дал ей старик Педру. — Да что с тобой?
— Пустяки, просто закружилась голова. Наверное, резко упало давление... А что это у тебя?
— Не знаю, — пожала плечами Ирена. — Какой-то непонятный список... «Коза, Лошадь, Тигр, Змея, Дракон, Собака. Кабан...» Тебе легче?
— Легче, — пробормотала Жулия. — Позволь, я еще раз взгляну на список…
Оказавшись перед проблемой выбора между двумя женщинами, Жука решительно не знал, как себя вести.
В пользу Элены высказывались Нина, Жозе и Витинью, но против ее отношений с Жукой объединилась Яра и Лукас, организовавшие после своего путешествия на мотоцикле что-то вроде коалиции.
В пользу Аны говорила его многолетняя любовь к ней, но сейчас, когда это чувство наконец могло стать взаимным, Жука как бы взял тайм-аут и не торопился пристать к давно вожделенному берегу.
Теперь препятствий на пути к Ане не было, и именно это обстоятельство подействовало на Жуку охлаждающе.
Две женщины спорили из-за него, каждая норовила перетянуть его на свою сторону, у них даже состоялось объяснение в доме Жуки. Обе они требовали определенности, но в этой борьбе за Жуку Ана, которая привыкла, что он бегает за ней, а не она за ним, отступила первая, тогда как Элена проявила необычную для себя настойчивость.
Элена явилась к Жуке на рынок и уверенно заявила ему, что, если он останется с ней, они будут счастливы.
— Я знаю это, — вздохнул Жука.
— Если знаешь, зачем тянешь? Ты же уверен во мне?
— В тебе — да, но я хочу быть уверенным в самом себе...
Элена поняла, что настало время для решительных действий.
— Ты мой единственный мужчина, — обняв его, прошептала она. — Я готова на все, лишь бы не потерять тебя.
Жука подумал, что от Аны ему такого признания не дождаться.
