— Ты права, — согласился с ней Марселу. — Я сделаю так, что дети снова меня полюбят...
— Правильно, любимый, — проворковала Изабелла. — Пусть они привяжутся к тебе и пошлют подальше кухарку. Ты переманишь детей на свою сторону, одного за другим.
— Да, — сказал Марселу, — только сначала мне надо решить проблему Карины.
Этим закончился их разговор. Изабелла считала, что сумела добиться определенного успеха. Но о главной своей цели она ничего не сказала Марселу. А цель эта состояла в том, чтобы вернуться в дом Филомены. Для этого ей надо забеременеть. Ребенок — вот чем можно подкупить Филомену. Она не сможет прогнать беременную племянницу. В этом ребенке ее, Изабеллы, надежда. Когда она заговорила об этом с матерью, Кармела сказала:
— Но дитя свяжет тебя по рукам, дочка! И потом...
— Что — потом? — спросила Изабелла.
— Что если ты бесплодна, как Филомена, Франческа, Романа?
Об этом Изабелла боялась и подумать. Что угодно, только не это! Она поднялась с постели, чтобы выключить телевизор, но тут телеведущий новостей произнес:
— Машина, которая, как считают, стала причиной гибели Жулии Браги, уже доставлена в полицию. Она преградила путь машине доны Жулии, и тогда прозвучал роковой выстрел. Эту машину вел торговец наркотиками Дуда по прозвищу Бесноватый. Согласно заявлениям жителей фавел, Жулия Брага была его врагом, которому он поклялся отомстить...
Усмешка пробежала по губам Изабеллы. Она выключила телевизор.
Марселу вызвал к себе Тонику, с тем чтобы всыпать ему по первое число за то, что тот встречается с Кариной. Он потребовал, чтобы Тонику оставил его дочь в покое. Кто он такой, чтобы ухаживать за его дочерью? Оболтус, разгильдяй, лентяй, каких свет не видывал! Пусть впредь и близко не смеет подходить к Карине! Отповедь начальника не смутила Тонику. Вероятно, он от отца унаследовал нахальство и плебейские замашки.
— Кто вам дал право так со мной разговаривать? — сразу встал в позу Тонику. — Тоже мне — отец! Да вам наплевать на своих детей!
— Заткнись, Тонику! — угрожающе промолвил Марселу.
— И не подумаю! — не смутился Тонику. — Вы что, считаете, вам со всеми позволено обходиться так, как вы поступили с доной Аной?
— Ты бы помолчал, щенок, — кипятился Марселу. — Забыл, с кем разговариваешь? А ты кто такой?!
— Нет, не забыл. А я Тонику из Мооки, приятно познакомиться, — ядовито ответил Тонику. — Я Тонику, который хочет жениться на вашей дочери. Я знаю, что вы умеете добиваться своего, кого угодно можете обвести вокруг пальца, но со мной этот номер не пройдет, потому что Карина меня любит и будет любить всегда!
Марселу сейчас больше всего на свете хотелось врезать этому щенку, избить его, измолотить кулаками. Но зачем это делать, когда в его руках есть более мощное оружие?
— Ты уволен! — заорал он. — Убирайся отсюда. Если сам не уйдешь, я вызову охрану!
Тонику окинул его проницательным взглядом.
— Не стоит вызывать охрану, — проговорил он, — а то я всем расскажу об истинной причине вашего гнева. В этом заведении меня ожидало блестящее будущее, если бы я сумел выполнить одно ваше задание: достать ту самую черную папку с документами у Жозиаса!..
После похорон Жулии Ирена отправилась к Ане.
Сандру сказал ей, что, прежде чем на Жулию напали, та побывала в пиццерии «Ла Мамма». Ей необходимо было срочно позвонить в аэропорт и заказать себе билет на самолет, чтобы лететь в Париж. Жулия, по словам Аны, была в очень нервозном состоянии, как будто ее кто-то напугал. Все это Ана вспомнила уже после того, как узнала о гибели Жулии.
— Значит, Жулия от кого-то пыталась спастись бегством, — решила Ирена. — От кого?..
На этот вопрос Ана ответить не могла. Она только повторила, что Жулия действительно собиралась улететь в Париж.
— А где вы познакомились с моей тетей? — задала ей вопрос Ирена.
— В Италии, — ответила Ана. — Я там была с Марселу. Мы как-то сидели на стульчиках возле кафе в Сорренто, как вдруг она подошла к Марселу и заговорила с ним...
—А вы не знаете, где они познакомились с Марселу?
— Нет, — покачала головой Ана. — Марселу позже сказал мне, что не знает ее. Но я ему отчего-то не поверила.
— А больше она ни с кем здесь не говорила? — продолжала расспрашивать ее Ирена.
— До того как войти в пиццерию, Жулия разговаривала с Китерией. — проговорила Ана. — Она, кажется, хорошо знала ее мать, дону Ивети.
Ирена тут же отправилась к Китерии и застала ее кормящей мать с ложечки рисовой кашей. Ирена попросила у Китерии разрешения задать ее матери несколько вопросов.
— Но мама не говорит! — промолвила Китерия. — Ана разве не сказала об этом? Она уже ни на что не реагирует...
И все же Ирена продолжала настаивать, и тогда Китерия обратилась к матери:
— Мама, если ты понимаешь, мигни... Мигни, мама! Ивети разжала рот и что-то промычала в ответ. Китерия была поражена.
— Воже мой! Она пытается что-то сказать! Мама, попробуй еще! Мы тебя слушаем!
— Жу... Жу... — слетело с губ Ивети, и лицо ее исказила судорога.
— Она хотела произнести имя Жулии! — взволнованно воскликнула Ирена. — Умоляю вас, дона Ивети, продолжайте, если можете!
