Леголас оцепенел. Эллонур вытащил на свет и бесцеремонно бросил к его ногам всё то, что Синда долгие годы складировал в жуткой комнатке, что в самом потаённом уголке его сердца, а в один прекрасный день просто закрыл на замок и выбросил ключ. Не то, чтобы он не знал, где этот проклятый ключ валялся… Нет, он мерцал в темноте, терпеливо ждал, что его вставят в замочную скважину, но… Леголас не был готов вернуться в ту страшную комнату, полную призраков и демонов из ночных кошмаров, что мучили его в детстве, а порой и сейчас наведывались, чтобы напомнить о себе…
Слишком громко, запредельно близко… Гадкий липкий стыд расползался по щекам, и Леголас опустил глаза. Не хватало ещё, чтобы Халдир увидел, как слова Эллонура ранили его. И ещё эти идиотские слёзы! Вот чего, спрашивается, они текут по щекам? Так стыдно, стоять и рыдать перед галад. Ну прямо, как сопливый мальчишка… Хотя он и есть сопливый мальчишка, затравленное дитя, не эльфёнок, но и не взрослый, как окрестил его Эллонур.
«…то, что Леголас чувствует к тебе — это не любовь… Это нечто искусственно взращённое, искажённое, навязанное ему его же сознанием…».
— А с другой стороны, есть разговоры, которые не предназначены для впечатлительных ушек. Пойдём, маленький принц, — сильные руки обняли застывшего юношу и притянули к груди. От Халдира пахло теплом домашнего очага, сталью и древесной корой, а ещё лесом и луговыми цветами. И Леголас обмяк, позволяя властным сильным рукам увести себя. Слёзы застлали глаза, и принц не видел, как они миновали пролёты ступенек, как Халдир затащил его в будуар, скрытый от посторонних глаз и предателя-ветерка, бесстыдно растрепавшего чужие секреты, которые Леголас предпочёл бы не знать.
Халдир усадил юношу на кушетку и притянул к себе оцепеневшее тельце. Оказавшись в кольце тёплых сильных рук, Леголас дал волю эмоциям. Затаённая боль и страх выплеснулись через край и пролились солёной водой по щекам. Но лишь на мгновение. А затем принц встрепенулся, нахохлился, как воробышек, и, утерев слёзки тыльной стороной ладошки, гордо вздёрнул подбородок.
— Прости… И вовсе я не расстроился. Плевать я хотел на его мнение обо мне! Какого рожна он лезет к МОЕМУ мужу?! Он мой муж, а не его! Мы с Глорфинделом сами в состоянии со всем разобраться! Без его помощи! Вот ведь гад ползучий… на моей же свадьбе мужа из-под носа увести пытается! Сволочь смазливая… Я ему глазёнки-то повыцарапаю, попадись он только мне!
— Слишком много вина для одного взрослого свободного лесного эльфа, как я посмотрю? — тепло улыбнулся Халдир и погладил мальчишку по шёлковым волосам. Леголас устало вздохнул и уткнулся лбом в плечо галад. Мерзкое чувство пустоты и пугающего одиночества ушло. В руках Халдира было уютно и спокойно, почти как в объятиях Глорфиндела…
— Я не пьяный, — тихо прошептал Синда.
— Угу, конечно, не пьяный. Это я пьяный. И оказались мы здесь, потому что мне нужно перевести дух, — согласился Халдир и положил голову на белоснежную макушку.
— Я постараюсь запомнить, что доброго Халдира нужно искать на дне бутылки, — пробубнил Леголас. Халдир громко расхохотался.
— Шестой по счёту, эльфёнок… Но на твоём месте я бы не особо рассчитывал на то, что ты сможешь использовать это знание против меня, — шутливо пригрозил ему Халдир. — И убереги тебя Валар, вещать на каждом углу о моём чувствительном и отзывчивом сердце…
— Что ты! Я себе не враг! — заверил его Леголас, проглотив смешок.
Халдир с наслаждением запустил пальцы в белоснежный шёлк волос и тяжело вздохнул.
— Не держи зла на Эллонура. Он через многое прошёл за эти два года. Как и ты, эльфёнок… Он сказал это не со зла, а потому что переживает за Глорфиндела. Это нормально переживать за того, с кем когда-то делил постель, горе и радости. Думаю, он немного завидует тебе. Знаешь, Эллонур и Глорфиндел ведь долгое время были просто друзьями, прежде чем их отношения переросли в нечто большее. Но Эллонур никогда не мог затронуть те струны души Глорфиндела, до которых смог дотянуться ты своими тонкими загребущими ручонками. Впрочем, Эллонур никогда и не претендовал на сердце твоего лорда. Это было их обоюдным негласным соглашением. Так что не ревнуй на пустом месте. Эллонур сейчас зол на весь мир, и к тебе лично это не имеет никакого отношения.
— И всё же Эллонур любит моего лорда, хоть и утверждает обратное. Он очень скучает по нему, — печально вздохнул Леголас. — Я понимаю, что он чувствует. Это очень больно терять того, кого любишь. Я бы тоже ненавидел меня на его месте… Ведь когда-то это было его место.
— Ты не занимал ничьё место, глупый эльфёнок. Это место всегда было вакантно. А Эллонур… Он взрослый мальчик и никогда не довольствовался одним любовником. А твой лорд всегда был жутким собственником. Собственно, за ним Глорфиндел и явился в Эрин Гален два года назад, но так и не смог освободить. Советника Элронда стерегли как зеницу ока. Почти так же ревностно, как младшего сына Его Величества Трандуила.