— Ляг ко мне на колени, cunn lend nín, — приказал мужчина. Леголас покорно исполнил приказ своего лорда. Одёрнув подол короткой ночной сорочки, Глорфиндел погладил юношу по крепким бёдрам и принялся шлёпать принца, вырвав из его горла удивлённый вскрик. — Просто чтобы разогреть тебя, — озорно ухмыльнулся воин. — И потому, что мне безумно нравится тебя шлёпать.
Правда, шлепки, которыми щедро одаривал принца его лорд, оказались не больнее укуса комара. Очень скоро Леголас расслабился и перестал биться мелкой дрожью на коленях Глорфиндела. По мере того, как ягодицы юноши принимали устойчивый красный оттенок, его член становился всё твёрже, а недовольное пыхтение сменилось скулящими томными стонами.
Глорфиндел расплылся в озорной улыбке и усадил юного Синда к себе на колени.
— Вообще-то это должно было быть наказанием, — язвительно заметил воин. — Но почему бы наказанию не стать удовольствием, ммм?
Леголас изумлённо уставился на улыбавшегося до ушей лорда и покраснел, явно смущённый тем, как его бесстыдное тело реагировало на порку.
— Я… мне не нравится, когда вы делаете мне больно. Но я люблю, когда… вы ко мне прикасаетесь…
— Можно подумать, что это было очень больно, roch-neth. Ты уже должен знать разницу между «очень больно» и «вполне терпимо». А теперь вставай и обопрись о тот столик у камина.
Затерявшись в своих мыслях и ощущениях, сконфуженный принц поспешил выполнить приказ Глорфиндела. Он давно перестал понимать, что вытворяло его тело и почему оно так реагировало на то, что должно было бы внушать страх или по меньшей мере отвращение.
«Мне нравится, когда меня наказывают?! Я какой-то деградировавший уродец не иначе…» — терялся в догадках Леголас, сжимая пальцами края столешницы.
В этот момент прут маллорна обрушился на его многострадальный зад, отвлекая от рассуждений на тему его странных сексуальных предпочтений. Принц удивлённо вскрикнул и прикусил губу. Было больно, очень больно… Пульсирующая ноющая боль отзывалась в каждой клеточке его тела, а зад полыхал огнём. И всё же Глорфиндел сдерживался. Леголас знал это. Эта боль даже рядом не стояла с тем, что испытывала его задница, когда тот порол его ремнём или розгой.
— Достаточно с тебя, — заявил Глорфиндел, пару раз хлестнув юного Синда по голому заду прутом и удовлетворённо оценив созданный его рукой шедевр — красные метки, что легли одна параллельно другой, на белоснежной коже юноши. — Тебе идёт… И полагаю, тебе всё-таки понравилось быть наказанным, — отметил воин, сжав полуэрегированный член принца. Шлёпнув мальчишку по голой заднице и самодовольно улыбнувшись, когда тот зашипел от боли, древний воин промурлыкал:
— Всё, свободен… И принеси мне расчёску и бокал вина.
С довольной улыбкой сенешаль проследил за тем, как юный принц поспешил убраться от него подальше, и оценил свой выбор ночного гардероба Синда. При каждом движении невесомая полупрозрачная ткань коротенькой ночной рубашки приподнималась вверх, что позволяло любоваться аппетитной красной попкой принца и свежими рубцами, оставленными на ней его рукой.
Глорфиндел расслабленно опустился в кресло и, откинувшись на бархатную подушку, взял бокал вина, что протянул ему Синда. Жестом приказав юноше сесть у его ног, он забрал из рук принца расчёску и, поставив бокал на столик, принялся расчёсывать белоснежные, длинные, растрёпанные волосы.
— Не трясись ты так. Хватит с тебя на сегодня наказаний. Если ты, конечно, будешь хорошо себя вести, — язвительно заметил Глорфиндел, прекрасно понимая какие ассоциации у принца возникали при взгляде на эту расчёску.
Тяжело вздохнув, Леголас положил подбородок на бедро Глорфиндела и закрыл глаза, успокоенный этими завораживающими нежными манипуляциями. Несмотря на пульсирующую боль, принц наслаждался интимностью этого момента. Он чувствовал себя так, как должно быть чувствуют себя эльфята в утробе матери — в полной безопасности.
Но не успел воин даже закончить заплетать волосы своего Синда, как их уединение было бесцеремонно нарушено. Тихо постучав в дверь, возвещая о своём прибытии, в талан вошёл Келеборн.
Леголас испуганно ахнул, дёрнулся в сторону и зашипел, когда расчёска запуталась в его волосах.
— Тише, roch-neth, — осадил принца Глорфиндел и поприветствовал гостя. — Suilad.
— Suilad, — кивнул в ответ Владыка Лориэна.
— Келеборн, mellon nín, прошу садись, — указал древний воин правителю эльфийского королевства на кресло, стоявшее напротив. — Рад, что ты выкроил немного времени в своём плотном графике, чтобы заглянуть на огонёк к старому другу. Давно мы с тобой не болтали наедине.
Владыка Келеборн медленно кивнул, усаживаясь в кресло напротив Глорфиндела.
— Да, очень давно. Ты не часто радуешь меня своими визитами, но оттого я всегда жду их с особым нетерпением. Мало с кем в этих землях я могу поговорить столь же открыто, как с тобой, мой старый друг.
— Леголас, принеси-ка Владыке Келеборну вина, — приказал Глорфиндел и тихо рассмеялся, когда правитель-Синда проводил юношу, робко просеменившего через всю гостиную, изумлённым взглядом.