Сильная мускулистая рука с очень знакомым золотым перстнем провела по золотым волосам любовника. Мужчина, лица которого Леголас не видел, снял кольцо с пальца и надел его на палец любовнику, а тот повторил обряд, подарив ему своё. Оно было странным и почему-то до боли знакомым, как будто Леголас уже видел его раньше — две сплетённых воедино змеи, пожирающих друг друга и охраняющих корону из золотых цветов.
— Не забудь свою клятву, мой ветреный принц. Вернись ко мне. Я всегда буду ждать тебя. Только тебя…
— Глорфиндел? — выдохнул ошарашенный принц.
Но стоило ему произнести имя его лорда вслух, как густой едкий дым накрыл древний город. Величественный Гондолин погрузился в кромешную тьму. Тела эльфов — женщин, детей и мужчин — устилали окровавленные мостовые. Языки пламени танцевали на руинах некогда прекрасного эльфийского королевства. Демон древнего мира бросился на матерей с эльфятами, что спасались бегством из объятого пламенем города. Эльф с золотыми волосами и в доспехах им под стать, верхом на белоснежном боевом коне, бросился на балрога, преграждая ему дорогу. Серебряный меч вскрыл брюхо порождению Моргота, и демон рухнул в бездну, увлекая за собой могучего воина, чьё тело пожирали языки пламени…
— Не-е-ет! — задыхаясь от слёз, закричал Леголас и протянул руку, пытаясь дотянуться до Глорфиндела.
Но тьма уже поглотила прекрасное тело воина.
Принц снова оказался в Эрин Гален. Из озера — того самого проклятого озера! — вышел обнажённый и прекрасный Глорфиндел. Капли воды стекали по совершенному телу, являвшему собой квинтэссенцию мужской красоты. Леголас задрожал и попытался было закрыть глаза, но Зеркало не позволило.
«Валар, умоляю вас, не заставляйте меня смотреть на это! Я не хочу… Я ведь возненавижу его, если вы заставите меня пережить это снова! А я не хочу ненавидеть моего лорда!».
Но Валар остались глухи к его мольбам.
Юноша и мужчина сидели под старой яблоней. Рука Глорфиндела обвила Леголаса за плечи и притянула к себе. Его первый в жизни поцелуй… Синда всё ещё помнил сколько удовольствия было в нём, хоть поступок мужчины и застал его врасплох. Смирившись с тем, что ему придётся ещё раз испытать весь ужас и боль того рокового дня, Леголас так сильно сжал края чаши, что застонал от боли.
Но в видении, что явило ему Зеркало, всё было совершенно иначе, чем в воспоминаниях Леголаса…
Не было ни борьбы, ни разорванной одежды, ни насилия, ни крови, ни криков… Всего этого просто не было! Воин шептал ему слова восхищения на ушко, и Леголас из видения добровольно отдал ему своё тело. Мужчина и юноша занимались любовью. И это было так нежно и красиво, что что-то в реальном Леголасе сломалось.
Серебряные слёзы катились по юному точёному личику, падая на безупречно ровную гладь Зеркала. Видение растворилось в тумане, по глади Зеркала пробежала рябь.
Новая картинка предстала взору принца, сорвав с губ изумлённый крик.
Леголас сидел за столом в Имладрисе. Он снова ждал эльфёнка — или даже двух! Живот был до невозможности огромный! Рядом сидели Глорфиндел, Элронд, Халдир и Келеборн. На противоположной стороне стола восседал Галурон с привычной надменной миной на лице. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Мужчины что-то обсуждали между собой. На столе лежал свиток пергамента, на котором стояла подпись Элронда. Галурон скорчил недовольную гримасу, поставил свою подпись на документе и скрепил его печатью королевской семьи Эрин Гален.
Глорфиндел же не обращал на них ни малейшего внимания, потому как был очень занят тем, что нежно скармливал беременному Леголасу кусочки фруктов, а тот расплылся в робкой улыбке и украл поцелуй у своего лорда.
У реального Леголаса глаза вылезли из орбит. На указательном пальце беременного Синда-изгнанника из его видения красовалось золотое колечко, точно такое же, как на пальце Глорфиндела.
— Нет, этого быть не может!.. — не веря своим глазам, покачал головой принц.
Видение снова исчезло.
На смену ему пришла череда разрозненных картинок. Орки и наездники на варгах заполонили Эрин Гален, они прибывали, как снежная лавина. Отрубленные руки и ноги, искарёженные тела, эльфята, женщины, юноши, мужчины. Эльфы и орки держались окровавленными руками за вспоротые животы и перерезанные глотки. Стрелы со свистом разрезали воздух. Со всех сторон раздавался звон мечей. Лес полыхал в огне… Кровь, реки крови, она была повсюду!.. Это была самая настоящая бойня.
Лесные эльфы храбро сражались, но силы были неравными. Вскоре тела лесных эльфов и Синдар устилали поляну, а на ногах остались стоять лишь злобные приспешники Саурона.
Из оцепенения Леголаса вывел душераздирающий вопль. Светловолосый лучник Синда, очень похожий на него, только значительно старше, попал в плен к врагу. Два орка крепко держали вырывавшегося юношу за руки, а третий насиловал беспомощную жертву. Потом ему на смену пришёл ещё один, и ещё…
Леголаса чуть не вырвало от омерзения. Юный принц задыхался. Он был в ужасе от увиденного. Но то было лишь начало кошмарных видений.
Картинка снова изменилась.