— Тингол хранил его в память о погибшем друге, не зная кому оно принадлежит на самом деле. Берен снял его с моего погибшего любовника перед тем, как похоронить. Я просто вернул себе мою собственность, ничего более, — резко ответил Глорфиндел и многозначительно замолчал, давая Леголасу понять, что эту тему он больше не намерен обсуждать. Воспользовавшись моментом, воин поспешил сменить тему. — Ты что-то говорил вчера ночью про ужасную смерть, что тебя ждёт. Что ты имел в виду?
Леголас в ужасе замотал головой, явно не желая рассказывать своему лорду об этих жутких видениях.
— Леголас!.. Ты обещал! — Глорфиндел угрожающе сощурился.
— Мой лорд... — вздохнул Леголас, увлечённо разглядывая круги на воде. — Я... видел Эрин Гален. Орки напали на мой дом, и их было так много… Повсюду были тела эльфов. Они проиграли битву. Я видел, как орки… изнасиловали... одного из воинов! А потом я увидел себя, я так думаю… Только я был значительно старше, чем сейчас. Я спал в королевском крыле, в больничной палате. И я снова ждал эльфёнка. Это же хорошо, правда? Мой отец, по всей видимости, простит меня когда-нибудь, а у Гила будет братик или сестричка… Вы же хотели много эльфят?
Глорфиндел лишь предупреждающе вздёрнул бровь, когда его принц попытался сменить тему разговора. Леголас совершенно поник духом.
— Я видел, как я у-умру. Меня привязали к кровати, а моё лицо было сплошным кровавым месивом. Я разодрал его ногтями до неузнаваемости. И всё было в крови… А мой живот. Что-то демоническое росло в моём животе, и о-оно д-двигалось! Яд этого существа отравил мои вены, и я пытался вскрыть себе живот собственными ногтями. А потом… — Леголас задрожал, как листик, в честь которого был назван. — Целитель сказал, что я п-прокл-я-я-т, о-осквернён и м-меня нужно у-убить. О-он умолял моего ada положить конец моим мучениям, и мой a-ada… убил м-меня. Он так страшно кричал, что я до сих пор слышу этот крик в ушах. Я не хочу так умирать… Пожалуйста, не п-позволяйте им со мной это с-сдела-а-ать… — разревелся убитый горем мальчишка и уткнулся носом в грудь своего лорда.
— Шшш… Ну с чего ты взял, что видел себя, малыш? Это мог быть кто угодно, — воин нежно погладил рыдавшего Синда по волосам.
— Я видел его в-волосы. Они такого же цвета, как у м-меня. В нашей семье только у м-меня такие волосы. Это точно был я! И я у-у-умру ужасной сме-е-ертью… — юный принц зарыдал ещё горше.
— Так, малыш, — древний воин с трудом отлепил Леголаса от себя и обнял заплаканное личико ладонями. — Ты видел кого-то с таким же цветом волос, как у тебя. Но это мог быть будущий сын одного из твоих братьев. Так что не нужно делать поспешных выводов. Зеркало не даёт однозначных ответов. В этом и заключается его коварство. Трактовать видения, что оно посылает, можно как угодно.
— Но что, если… — всхлипнул принц.
— Даже если ты видел себя, Леголас, — вздохнул Глорфиндел, — неужели ты думаешь, что я допущу, чтобы с тобой случилось что-то плохое? Не бойся, ты не умрёшь. Я тебе этого просто не позволю. Ты мой и ничего плохого с тобой не случится! Клянусь именем Валар, я защищу тебя и моих эльфят даже ценой собственной жизни!
— Н-е-ет!!! — в ужасе выдохнул юный принц и отчаянно замотал головой. — Вы не можете… Не клянитесь именем Валар. Вспомните, на какую ужасную судьбу обрекла такая клятва сыновей Феанора!
— Прости, малыш, — улыбнулся Глорфиндел, застигнутый врасплох такой бурной реакцией юноши. — Порой я забываю, что ты Синда. Но даже Нолдор не относятся к подобным клятвам легкомысленно. Я многое натворил, что Валар плохо воспримут, когда я вновь предстану перед ними, но от этой клятвы я отрекаться не собираюсь. До тех пор, пока я жив, ни с тобой, ни с моими эльфятами ничего плохого не произойдёт. Я найду способ всегда быть рядом с тобой, чтобы защитить тебя, мой маленький принц.
Леголас посмотрел на него, как на умалишённого, но благоразумно не проронил ни слова. Глорфиндел же медленно встал, аккуратно посадив юношу на каменный выступ, и повернулся к нему спиной. Для этого разговора он предпочёл сохранить дистанцию.
— Ты сказал вчера ночью, что это ты виноват во всём, что случилось. Почему ты так сказал? — надломленно спросил древний воин, с ужасом предвкушая ответ Синда. Он уже догадывался, что Валар показали ему.
— Я видел тот день у озера… — хрипло ответил принц. Глорфиндел обречённо закрыл глаза. — Я видел, как вы поцеловали меня в первый раз.
— Стало быть ты видел прошлое… — тяжело вздохнул воин, проклиная Валар за то, что они заставили его принца снова пройти через эту боль.
— Нет, мой лорд… Всё было иначе. Я видел, как вы соблазнили меня. Я не сопротивлялся, и вы не сделали мне больно. Вы занимались со мной любовью, и это было очень нежно и красиво… — Леголас снова заплакал. Он ничего не мог с собой поделать. — А потом я видел себя беременным. И мы были в Имладрисе. Я видел два золотых кольца на наших пальцах. Элронд, Келеборн и Галурон подписали какие-то бумаги. И все улыбались, ну кроме моего брата, конечно… И мы были счастливы.