– Не понял, – громко изрек Леонид. – Как они общаются?!
– Он сам набирал ответы, – отвечает Капралов.
– Да не похоже, – засомневался Леонид. – Ну-ка, давай сюда ноут!
– Но мы же не договорили! – возмущенно ору я. – Даша сейчас скажет, какой подарок хочет.
– Потом договорите. Смысл движения – в остановках.
Леонид выдирает из моих рук ноут, захлопывает его крышку, поднимает, внимательно осматривает, буквально обнюхивает со всех сторон.
– Действительно. Ничего, – изрекает он.
Капралов кивает, типа я же говорил, что железо ни на что не годно.
– Или мистификация, или фокусы, – разочарованно говорит Леонид.
– Нет. Это не мистификация. И не фокусы, – произносит Стелла со знанием дела.
Потом смотрит на меня ласково, придвигается поближе, чувствую аромат ванильного мороженого, и просит сладеньким голосом:
– Сережа, ты же нам все сейчас объяснишь?
– Конечно. Тем более времени у нас осталось не так уж много.
– Времени у нас сколько угодно, – грозно заявляет Леонид.
– Кто знает, кто знает, – отвечаю с сомнением в голосе. – А «Криптозавр» – это просто. Это как волшебство, магия. Я и сам не знаю. Щелкает что-то в голове. Код закрыт. Щелкает еще раз, код открыт. Я НЕ ЗНАЮ КАК! Машу мысленно волшебной палочкой, палец прикладываю, и все.
– А где палочку берете? – поинтересовался Леонид.
– Босс наделил этим волшебством. Все мы из Алатаньги. Каждый что-то умеет сверхъестественное. Я, Краснов, Босс и, кажется, еще несколько человек умеем колдовать «Криптозавр».
Леонид тяжко задумался. Мне показалось или Стелла действительно смотрит на меня влюбленными глазами?
– Краснов не умеет, – вдруг говорит он.
Я жутко удивляюсь:
– Вы и Краснова знаете? И где он?
– Краснов сейчас не важен. Ну что мне с ним делать? – в растерянности спрашивает господин Ледяной Ветер. – Он, может, еще чего умеет, а мы не знаем что. И во-вторых: он, может, еще и сам не знает, что умеет. И что делать?
– Вербовать, – восторженно отвечает Стелла, – прямо завербовывать.
– Эх, не успеете, – отвечаю.
– Фокин, – Леонид твердо заявляет, – идемте к нам.
Я гляжу на него с обалдением. Меня! Вот так просто переманить на другую сторону?!
– Да нет, Сергей, вы не так поняли.
О, думаю, уже на «вы» перешел.
– Все что хотите, все… – у Леонида голос задрожал от волнения.
– Последняя ставка на меня, что ли? Не завербуешь – разжалуют в простые снеговики?
– Остров собственный хочешь? И море с твоими скатами вокруг? Деньги, славу, положение в обществе. Этого добра без счета. Только поделись тайной…
– Как это, как это?! – воскликнула Стелла. – Скаты – это же там, где тепло? Мы же мечтали о фьордах Норвегии! – Она сложила ручки на груди, махнула пушистыми ресницами и умоляюще смотрит на меня. – Так, господин Ледяной Ветер, дай мне два дня и не мешайся тут в нашей атмосфере.
– Молодцы, ребята, – отвечаю, – но у меня другие планы. – Потом четко произношу: – Я уеду жить в Лондон.
– Лондон тоже подходяще, – выдавил из себя Леонид.
Потом все замолчали. Народ иссяк, не знают, что сказать. Только Капралов ровно говорит:
– Ты сначала отсюда выйди, Фокин.
А я чувствую: сейчас, как обычно, ситуация переменится. Прямо вижу, как эти полицмейстеры почтительно раскланиваются, прощаясь. Предчувствия меня не обманули.
– Фокин выйдет, – отвечаю, – мне тут недолго осталось. Ответь на звонок. Насчет меня речь. Сто процентов. И Андрюху мне немедленно найдите.
– Алло, – протянул Капралов. Потом резко вскочил, вытянулся смирно. – Есть. Так точно. – Послушал немного. – Немедленно? Так точно. Немедленно. Никак нет. Будет исполнено.
– Мы помешали операции Федеральной службы безопасности, – медленно проговорил он упавшим голосом. – Господин, как вас там, – обращается он к Леониду, – вам необходимо моментально покинуть территорию УВД во избежание…
– Что?! – закричал Леонид возмущенно. – Да я все вопросы с вашим полковником решил!
– Он и распорядился, – задумчиво ответил Капралов. – И к нам следует прокурорская проверка. Кстати, ордера на арест Фокина нет. Да и не было никогда.
Капралов вытащил из-под планшета Леонида эту бумажку, где много раз пестрела моя фамилия, помял в руке, и ордер этот несчастный действительно исчез без следа. Затем он выудил из бездонного правого кармана своего кителя мой «Ксяоми» и вежливо, с огромным почтением, чуть ли не становясь на одно колено, протягивает.
– Ваш смартфон, пожалуйста. Больше мы у вас ничего не забирали? – с дрожью в голосе извинительно произнес он. – Но если какие претензии или любая услуга, которая вам понадобится, только намекните.
– Ну да, ну да, – отвечаю, – поменялась власть. Которые тут временные – слазь! Кончилось ваше время!
