Не без труда обнаружив свой рюкзак, заваленный горой мусора, Марио осмотрел его. Злоключения последних событий он пережил неожиданно удачно, но, судя по дырам, это их последнее совместное с Марио путешествие по Зоне. Пилот посмотрел на небо, на котором, наконец, появились облака, пряча за собой палящее солнце, затем на часы. Половина пятого вечера. У группы не было за это время ни одного привала, никто даже не останавливался, чтобы быстро поесть. От мыслей о еде живот скрутило болью. До «Баррикадной», если верить карте, чуть больше двух километров по прямой, но, если смотреть по маршруту, который составила хакерша, около шести-семи. Когда доберутся до места, уже окончательно стемнеет и встанет вопрос о ночлеге. Это Фролов был готов идти даже ночью, тем более – какая, к черту под землей разница – день или ночь. Подземка давно погрузилась в непроглядную черноту, которую редко кто из охотников за удачей решает разорвать лучом фонаря. В нос ударил запах сигаретного дыма, это успокаивал нервы Марио, который, поймав на себе взгляд пилота, без слов протянул ему портсигар, заполненный самокрутками без фильтра. Подвернув край сигареты, чтобы табак не лез в рот, Женя прикурил и после первой затяжки с непривычки закашлялся. От крепкого табака во рту сделалось противно и кисло, начало подташнивать и вообще на голодный желудок сигарета подействовала удручающе. Выбросив недокуренную самокрутку под ноги, Женя втоптал ее тяжелым ботинком в грязь и вытащил флягу, в которой воды осталось на несколько мелких глотков. Ни перебить привкус, ни утолить жажду не хватило, а вытаскивать из рюкзака литровую бутылку с водой просто не хотелось, настолько пилота сковала усталость, которая всегда приходит после всплеска адреналина. Уже было развернувшись, чтобы снова спуститься в черный провал перехода, туда, где все еще оставалась часть его группы, Евгений остановился и неожиданно понял, что не хочет никого видеть. Настолько все осточертело, настолько он от всего устал, настолько ему было тоскливо. Все происходило слишком быстро, Зона не оставляла времени, чтобы анализировать случившееся, дать оценку своим действиям и действиям команды. Сейчас, поймав пять минут тишины, Женя задумался. И очень зря это сделал. В голову начали закрадываться предательские и тревожные мысли. Одна беспокойней другой. И не трупы в школе сейчас беспокоили, не двое несчастных мужчин, погибших на глазах Фролова страшной смертью, и даже не развалины, в которые группа превратила здания.
Как таковой финальной точки маршрута у них не было. Возможно – антианомалия существует, возможно – она находится в парке Горького, возможно – если все-таки она образовалась, то сможет помочь Титовой. Слишком много ничем не подкрепленного «возможно». Какой-то один человек изучал свойства аномалии, на основе малого количества данных вывел алгоритм. А у Зоны нет алгоритмов, она по-своему все делает, чтобы люди даже на секунду не могли возомнить себе, что знают ее. Но если нет никакой антианомалии ни в парке Горького, нигде в Зоне, что тогда остается? Какая судьба ждет Титову? Пожалуй, единственное, что Женя сможет для нее сделать – убить, не дожидаясь, пока Вася начнет ходить под себя. Это будет правильно, он понимал умом и, если бы сам оказался в такой страшной ситуации, хотел бы того же. У Фролова снова задрожали руки, тело напряглось настолько, что мышцы левой ноги свело судорогой. Боль ненадолго вернула его в реальность.
Не к месту вспомнился Макс. Виста сказала, что он в Зоне уже несколько дней. От него можно ожидать любого дерьма, эта сволочь ни перед чем не остановится. С большой вероятностью, Женя даже был уверен, Макс поднял все свои связи, нанял опытных наемников, которые землю роют, чтобы найти Титову. Это не считая того, что только ленивый не пытается отыскать Василису. Обсуждение в сети не затихало даже ночью. Собирались группы людей, решив, что так они увеличивали шансы в поисках на успех. Какая-то охота на ведьм. Большую роль сыграла Виста, периодически выбрасывая «утку». Были и некрологи на имя Титовой, подкрепленные фотографиями, были и вбросы о том, что Василису видели на юге Москвы, даже была информация, что ее поймали военные и Титова под следствием, но те оперативно, в течение пары часов, опровергли. Игра в кошки-мышки не могла продолжаться бесконечно. Мышки очень умные и проворные, но у каждой норы ожидали большие и глупые коты. Ради своей цели Макс был готов убивать, но Василиса ради нее готова была умереть сама. Такие люди гораздо опасней, без управы. К тому же, Титова за свою мечту уже отдала все – и корабль и причал – не для того, чтобы смиренно плыть по течению. Сейчас она ничего не помнит и даже не осознает, что все происходящее из-за нее, но будь все иначе – она бы точно не сдалась и не позволила рисковать собой другим.
Женя знал одно: если не получится помочь Титовой, он найдет лично Макса и накажет его за все причиненные страдания.
Накажет.
