– Препрелестно. Ходил-бродил-гулял. Нашёл нового друга, тоже медведя, живёт на улице Футбик.
– Ты молодец. У меня тоже новый друг. Зовут Джордж.
– Это хорошо. Он хороший?
– Чуток странный.
– Странный?
– Да. Он ведёт себя почти как…
– Как кто?
– Не знаю, Тед. Не может такого быть.
– Какого такого?
Я мычу. Как, как сказать это вслух? Бред какой-то.
– Ну, он, типа, пришелец…
– Пришелец?
– Да, или даже… Ладно, сам знаю, что это бред. Но завтра он к нам в гости придёт. Познакомитесь.
– Здо́рово, Данни.
Я глажу Кошку. Он мурлычет. Я звоню Макси – хочу поговорить о Джордже, но Макси говорить не может. К ним уже приехал викарий. И новая женщина беседует с ним о перерождении.
– Это как? – спрашиваю я.
– Хочет родиться заново. Одного раза мало.
– Максимилиан! – Мне в трубку слышен её голос. – Будь добр, иди сюда. Это важно! С друзьями поговоришь в другой раз.
Через какое-то время приходит мама. Я спускаюсь её встречать.
– Как твой денёк? – спрашивает она.
– Всё неплохо, мам. У меня для тебя письмо и список. Насчёт Джорджа.
Она открывает конверт, читает.
– Ничего себе! Он у них вообще не ест, что ли?! «Несколько капель оливкового масла. Небольшой стакан воды. Кусочек чёрствого хлеба или выпечки. Никакой соли. Ничего липкого. Ничего горячего». Они его голодом морят?
– Не знаю, мам.
– Только послушай! «Мы хотим, чтобы он посетил обыкновенную, нормальную семью. Ничего специального к его приходу не устраивайте. Джордж пробудет у вас около часа. Потом мы его заберём». Что значит «обыкновенная, нормальная семья»?
Я пожимаю плечами.
– Не знаю. Все они чудны́е.
– Может, нам всё-таки удастся его подкормить?
– Давай попробуем.
– А какой он, этот твой Джордж? С ним что-то не так?
– Я думаю, болеет чем-то. Или уезжал куда-то далеко и надолго. Типа того.
– У него есть семья? Мать, отец?
– Не знаю, мам. Ничего не знаю.
Она смеётся.
– Ну и хорошо. Мы умеем приветить бродяг и бездомных, верно, Кош?
Мама гладит Кошку по спине. Мама гладит меня по голове. Мама говорит, что сообразит, какую еду подать завтра к чаю.
– «Обыкновенная семья»! – повторяет она. – О чём они вообще?
– Не знаю, мам.
– Странно, да?
– Да, мам. Странно.
Утром к воротам школы снова подъезжает чёрный фургон. Оттуда выходят Джордж и мисс Кристал. Джордж в новых джинсах, красной клетчатой рубашке и новых ярких сине-красных кроссовках. Он улыбается.
Мисс Кристал в голубом платье в цветочек. Она тоже улыбается, как всегда. Сладко-сладко. В руках – чёрная сумка. Они идут к школьному крыльцу, толпа перед ними расступается. Джордж шагает легко, руки раскачиваются взад-вперёд. Он выглядит намного лучше, чем когда мы его видели в последний раз.
Миссис Фулихан спешит им навстречу. Мы с Макси топчемся неподалёку.
– Доброе утро, Джордж! – говорит миссис Фулихан.
– Доброе утро, миссис Фулихан, – произносит Джордж.
С его лица не сходит странная застывшая улыбка.
– С возвращением в школу на Дарвин-авеню! – говорит директриса. – Как ты себя чувствуешь сегодня, Джордж?
– Просто великолепно, благодарю от души, – говорит он.
– Я очень рада!
Мисс Кристал что-то шепчет Джорджу на ухо. Внезапно он поворачивается, смотрит на всех вокруг и говорит:
– Доброе утро, дорогие одноклассники!
Голос у него громче и увереннее, чем вчера.
– Молодец, Джордж, – говорит мисс Кристал.
Феечки-приготовишки хихикают.
– Скажи ещё раз, Джордж! – пищит одна из них.
– Давай, Джордж, – подначивает другая.
Мисс Кристал снова шепчет.
Джордж выпрямляется.
– Доброе утро, дорогие одноклассники.
Феечки пищат от восторга.
Миссис Фулихан сопровождает Джорджа и мисс Кристал.
Я оглядываюсь и вижу, что Илон Мрок высунулся из фургона. Он машет мне рукой и показывает большой палец.
Я отворачиваюсь. Слежу, как Джордж, мисс Кристал и миссис Фулихан входят в школу.
– Просто великолепно, благодарю от души! – пищит одна из феечек.
– Доброе утро, дорогие одноклассники! – подхватывает другая.
Они повторяют слова Джорджа на все лады, потом начинают их петь, да ещё пританцовывать. Время от времени они останавливаются, обнимаются и хихикают.
– Хорошо погостил викарий? – спрашиваю я у Макси.
Он морщится.
– Не спрашивай.
– Как прикажешь.
– Он говорит, что мы можем сделать это в реке.
– Что сделать?
– Родиться заново. Похоже, этим занимается куча людей. Они спускаются к реке, раздеваются, прыгают в воду, вылезают и – нате пожалуйста! Родились заново.
– А отец твой что думает?
– Ничего особенного. Но викарий уже спрашивал его, готов ли он переродиться во славу Господа, и он сказал: да, типа, готов.
– А ты?
– Издеваешься? Меня моя жизнь вполне устраивает. Я себе и какой есть сгожусь.
Тут звенит звонок и мы встаём в очередь на вход. Учителя велят нам построиться, и мы строимся. Они велят нам говорить тише, и мы говорим тише.
Мы расходимся по коридорам – в классы.
Сегодня собрания нет. Нас ждут квадратные столы. Джордж уже в классе – сидит за нашим столом. И по-прежнему улыбается.
– Привет, Джордж, – говорю я.
– Доброе утро, дорогой одноклассник, – говорит он.
Я невзначай смотрю на его ухо. Совершенно нормальное ухо.
Мистер Гуру проводит перекличку, и мы говорим:
– Здесь, мистер Гуру. Доброе утро, мистер Гуру.
