Меня усаживают на стул перед столом, а Картер спрыгивает на землю. Наклонившись к моему лицу, он со смеющейся улыбкой шепчет:
– Ты же не думала, что твою выходку с публикацией, я оставлю незамеченной?
Я чувствую себя ведьмой, которую скоро сожгут на костре. Из колонок звучит символичная и заводящая толпу песня Barns Courtney «Fire», и Картер, вновь запрыгнув на стул, громко обращается к аплодирующей толпе:
– Друзья мои, несколько дней назад с подачей вот этой юной леди, вы узнали о маленьком и совершенно случайном инциденте, который случился со мной пару недель назад. О, да, крошка, – смягчает он голос, глядя на Сару Ред, которая готова вот-вот заплакать, ей-богу! – Я действительно врезался в какую-то девицу. Каюсь, мне очень стыдно, ведь я обязан был прервать пробежку и помочь бедняжке выбраться из тех злополучных кустов! Лишь спустя несколько минут во мне, в человеке, «лишенном мужественности и воспитания», – продолжает Картер, глядя в мои глаза, – проснулась совесть. Я вернулся назад, но увы, девушка уже покинула то место. Я действительно хотел помочь, но уже было не кому. Очень жаль, что я так поступил. Мне правда, стыдно. Однако, прежде, чем публиковать такого рода обращения, вам, юная леди, нужно было убедиться в правдивости этих слов.
– Интересно, как? – огрызаюсь я.
– Элементарно: спросить об этом меня. Ведь рассказывая тебе о случившемся, я бы уж точно не умолчал о том, о чем пожелала хозяйка жалобы. Например, – громче говорит Картер и обращается к толпе, – об огромной куче собачьего дерьма, в которое приземлилась эта бедная девушка.
Мои глаза едва не выпадают из орбит, а охи и ахи толпы превращаются в один оглушительный ком истеричного смеха.
– Только представь, что ты потеряла? Эта жалоба могла обрасти пикантными подробностями, спроси ты у меня об этом маленьком инциденте. Но в данном случае ты продемонстрировала весь свой непрофессионализм, поддавшись глупому желанию хоть капельку досадить мне. Давайте спросим юную леди, почему она так невзлюбила меня?
– Потому что Хизер – дура! – кричит пьяная Джинна.
– Я – ХЕЙЗИ, тупорылая ты идиотка!
– Что ты сказала? – бросает она в ответ и пытается протиснуться сквозь Макбрайта и Мендеса. – Я тебе сейчас все волосы повыдираю, курица!
– О, серьезно? – поднимаюсь я на ноги. – Ну, давай же? Иди сюда!
– Пирс! Пирс! Пирс! Пирс! – кричит толпа справа, подбадривая меня.
– Эй ты, маленькая дешевка? – бросает мне Келли, у которой вот-вот юбка заползет на спину. – Не смей так говорить с моей подругой!
– С кем-кем? – смеюсь я. – «Подругой»? Боже, Радж, ты в курсе, что означает это слово? С твоим то размером мозга?
Толпа снова разрывает прохладный воздух веселым смехом, а в глазах Келли вспыхивает настоящий огонь. Она бросается на меня, но тут же попадает в руки Картера, который закрывает меня своей спиной.
– Пусти меня, Картер! Я повыдираю этой шлюхе все волосы!
– Смотри ноготочки не сломай, девочка, – подначиваю я, не в силах остановить собственный бал безумства.
– Пирс! Пирс! Пирс! Пирс!
Когда Макбрайт хватает Келли за плечи и уводит в сторону, Картер резко разворачивается ко мне и всё с той же кривой улыбкой спрашивает:
– Хочешь помахать кулаками?
– Очень. Особенно перед твоей физиономией.
– Не сомневаюсь. Но здесь так не делается. Хочешь выяснить отношения – садись за стол и ставь праву руку.
– Ещё чего!
– Радж! Радж! Радж!
– Вперед, Келли!
– Сделай её, Келли!
– Смотри, – усмехается Картер и кивает в сторону Келли, которая уже заняла место за столом, – она ничего не боится. И тем более тебя.
– Пирс! Пирс! Пирс!
Черные и затейливые глаза Картера пробегают по моему лицу и задерживаются на губах. А потом он резко запрыгивает на стул и громко заявляет:
– Женский армрестлинг! Что может быть увлекательнее, учитывая, что обе его участницы – конфликтуют друг с другом. Хейзи Пирс, – впервые Картер называет меня по имени, – решила, что будет забавно, если чья-то глупая обзывалка попадет на страницы школьной газеты. Как там о тебе написали, Келли?
– Что я высокомерная овца! Кто это написал? Признавайтесь, кретины?!
– Ну-ну, Келли, – наигранно успокаивает её Картер, а сам смотрит в мои глаза. – Не так важно, кто это написал, как то,
– Пирс, – рычит Келли и снова впивается в меня обозленным взглядом. – Я сломаю твою руку, сучка, – одними губами говорит она мне.
– Удачи, придурошная, – отвечаю я так же.
– Однако, юная леди считает, что она выше всего этого! – продолжает говорить Картер.
– Пирс, садись!
– Пирс, не ломайся!
– Чего тогда рот открывала?!
– С тобой я ещё разберусь, Прайс, – угрожающе говорю я Картеру и, уверенно расправив плечи, сажусь напротив Келли. – А ты, Мисс Высокомерная Овца, вызывай скорую, потому что вывих руки тебе обеспечен!
Толпа визжит от предвкушения шоу, выкрикивая наши с Келли имена. Я выставляю вперед правую руку и сгибаю локоть, в то время, как Келли снимает с себя кучу браслетов и сверкающее кольцо.
– Хейзи?! Какого черта ты делаешь? – кричит мне Оливер, которому с трудом удается занять место в самом первом ряду. – Ты пьяна?
