– Тетя Яна пришла! – по лестнице кубарем слетели племянники, оба вихрастые, с оттопыренными ушами и россыпью веснушек на круглых носах. Повисев на мне гроздьями и расцеловав по нескольку раз в мои холодные с мороза щеки, они с нетерпением переминались с ноги на ногу, ожидая, пока я достану для них подарки. А, получив, стремглав ускакали наверх в свою комнату, чтобы с толком и расстановкой развернуть, рассмотреть и насладиться сюрпризами.
– Янка! – Брат сгреб меня в охапку, дождавшись своей очереди. – Никак вниз растешь?
– Это ты все выше и выше, – буркнула я, вспомнив шуточки отца. – Неужели тебе все мало?
Вась еще в восемнадцать лет обогнал по росту всю родню, а уж сейчас и вовсе стандартные дверные балки мечтали встретиться с его лбом. В своем доме брат специально заказывал арки и входные проемы под собственную высоту. Габаритами в отца пошел. От мамы ему достался нос картошкой и гномья коммерческая хватка. В бизнесе он был хорош как никто другой, несмотря на отсутствие дара работать с драгоценными камнями, подобно моему.
– Давно не виделись. Живем рядом, а встречаемся лишь по праздникам. – С удовольствием мял он меня в своих медвежьих объятиях. Моему приходу здесь были явно рады. Душу затопила теплая тихая радость. Как хорошо, что я пришла сюда сегодня, особенно после всего случившегося.
И кто бы мог подумать, спустя всего несколько часов меня посетят совершенно противоположные мысли.
Вась болтал без умолку, попутно снимая с меня куртку и разматывая длиннющий шарф.
– Надеюсь ты не на пять минут, как обычно. Мы тебя так быстро не отпустим.
Из кухни выглянула невестка:
– Тальяна! Какая приятность! Ты проходи, пожалуйста, я сейчас. Немного не поспеваю, – ушастая пикси юркнула обратно в свое царство сковородок и кастрюлек.
– Вечно она так, всюду не поспевает, – проворчал Вась. Обняв за плечо, он повел меня в гостиную.
Ель, украшенная дорогими игрушками из ювелирных домов и съедобными пряниками, конфетами, фруктами, выглядела бесподобно. У меня дух захватило при виде подобной красоты. Я застыла в дверях гостиной, рассматривая символ наступающего Нового года.
– Здорово, правда? – похвалился Вась, напомнив мне детство, когда старший брат за каждую мелочь требовал похвалы. – Сам выбирал. А потом с мальчишками наряжали.
– А Зулия?
– На кухне кашеварила, – отмахнулся Вась. – Вон, смотри, на макушке какая корона! Из бриллиантов разных размеров. На заказ сделали.
– Чистый восторг!
– Ага, мы с мальчишками ее сначала нарисовали, а потом отнесли к частному мастеру. Он давно отошел от дел, но иногда Новогодние украшения изготавливает. Еле уговорили!
– Втроем ходили?
– Да, как обычно.
Вась безумно любил свою жену Зулию, но жутко стеснялся ее внешности пикси. Худая и бледная, она странно смотрелась на фоне ярких, плотного телосложения мужа и сыновей. Да еще крупные оттопыренные ушки портили и без того непривлекательную картину. Зулию нельзя было назвать страшненькой, но и симпатии ее внешность не вызывала, особенно после рождения близнецов.
Я не раз намеками и прямыми замечаниями, пыталась отправить невестку к парикмахеру, который при помощи обычной стрижки скрыл бы в один миг и уши, и острые выпирающие на лице скулы. Но меня не захотели услышать. Зулия практически не вылезала из кухни, беспрерывно готовя невероятно вкусные блюда для своей семьи, совершенно не интересуясь собственной внешностью. И даже мои исключительно «женские» подарочки в виде шарфиков, чулочек, брошей и гребешков, неизменно откладывались в дальний ящик, чтобы потом про них забыть и не пользоваться.
– Садись вот сюда. – Вась указал мне на замысловатую конструкцию из ветвей, свисающих с потолка и сплетающихся в крупную корзину, в которой умостилась большая подушка. – Недавно заказал несколько таких, к нам с Зулией в спальню, две детям в комнату и вот сюда, гостей подивить.
Удивляться было чему. Я присела в необычное подвесное кресло и – ох! – утонула в мягкой подушке. Уютненько! А, устроившись как следует, ощутила, что кресло слегка раскачивается. Само!
– Да это же качели! – восхитилась я, осознав идею странной мебели.
– Точно! Хит сезона!
– Тоже хочу такие на балконе! – загорелась я, представив, как устроюсь с ногами в объемной подушке. Буду прихлебывать горячий ароматный чай и любоваться закатом. М-м-м!
– За сто золотых эльфы-умельцы за день выращивают.
– У-у-у, – тут же поникла я, – мне придется год голодать, чтобы накопить на такую роскошь.
– Так выходи замуж за гнома, и будут тебе и качели, и личный транспорт, и полный гардероб одежек, – рассмеялся Вась.
– И ты туда же! Небось родители велели обработать меня?
– Не угадала. Гном-партнер. Давно на тебя слюной капает, да ты все ломаешься.
– Это ты про Хвоса?
– Про него, про кого же еще. Я в основном с эльфами да людьми дело имею. Хвос один у меня гномьей породы.
– Так вот запомни сам, и передай своему дражайшему партнеру, что мужчины, бросающие своих невест, меня не интересуют!
– А если то настоящая любовь? Не из-за кого-нибудь, из-за тебя он бросил Миллу.
