- Откуда, сударь... От зверя палкой отмашемся, от разбойников схоронимся али к тракту поближе выйдем, а там, глядишь, защитит кто...
Хатчет успокаивающе похлопал меня по плечу и вложил меч в ножны. Мол, все в порядке, монах перебдел, опасности нет. Я покачал головой и поднял ладонь, намереваясь благословить путников, а заодно проверить их ауры и амулеты. Места лихие, мало ли...
От моего жеста Улеш пошатнулся и схватился за пояс, но не за нож, а с правой стороны. Трое других тоже сделали шаг назад. От резкого движения Хатчет снова стал подозрительным и положил руку на эфес меча.
- А чегой-то вы дергаетесь, уважаемые? - прищурился Бол, выходя вперед.
Моя ладонь озарилась светом, и я, наконец, увидел ауры путников. Вокруг каждого мерцало темное облако, обрамленное по краю едва заметным красным ореолом.
- Аверс! - крикнул я. Погранцы мгновенно ощетинились мечами, зажав меня между спинами. Иначе я не мог реагировать на подобное событие.
Четверо встреченных нами были сектантами, послушниками кровожадного демона Копийна, живущего еще до прихода Создателя. Судя по их аурам, это были 'охотники' - искатели жертв, убийцы и мародеры. На их руках была кровь и страдания; долг каждого праведного человека - пресечь их деяния.
Но я никогда не думал, что столкнусь с ними лицом к лицу, да еще с численным перевесом не в свою пользу.
- Должен быть пятый, - шепнул я своим спутникам.
- Почему? - тоже шепотом спросил Бол, держа меч направленным в сторону старосты. Тот пока стоял и не двигался.
- Для обряда нужно пятеро.
- Какого обряда?
Тут послышался веселый голос прямо у меня за спиной. А вот и пятый.
-... и рукав себе ободрал. А малина там дивная, Раш, ты должен попробовать обяза... - На нас двигалась куча хвороста с ножками. Дойдя до грязевого бассейна, куча рухнула на землю и явила нам пятого сектанта.
- Пих нахата карадах, - резюмировал он, тараща на нас круглые глазенки на зеленом лице. Венец-Создатель, гоблин!
Хатчет молниеносно выхватил метательный нож. Бол обратным хватом достал дагу. В это время, я осмотрел старосту на предмет амулетов. Их не было вовсе, если не считать пояса. Полоска крученой кожи мерцала грязно зеленым. Когда я вспомнил, что сие означает, меня прошиб холодный пот. Я вытянул руку, чтобы обезвредить этот опасный предмет, но тот, кто назвался Улешем, снял его с себя.
- Бой! - хрипло крикнул я, но опоздал. Пояс развернулся в кнут. Улеш взмахнул им и щелкнул Бола по мечу. Оружие рассыпалось ржавой трухой.
- Сдавайтесь, мальчики, - совсем другим голосом предложил 'староста'. - Обещаю легкую смерть.
- Умирать сегодня мы как-то не планировали, - возразил Бол, доставая кинжал. - Иди-ка подуй на ветер!
- А удачно получилось, - хихикнул гоблин. Он был вообще без оружия, не считая небольшого кистеня на поясе. - Как раз трое.
- О чем это он, святой отец? - спросил у меня Хатчет.
- Не дайтесь им живыми, - успел сказать я, и бой начался.
Хатчет швырнул в гоблина кинжал, тот отмахнулся рукой, клинок высек искру из его наруча и улетел в угол. В ответ нелюдь достал кистень и раскрутил его над головой. Хатчет только хмыкнул - он был из дворян и презирал разбойничье оружие, только честная сталь. 'Улеш' снова замахнулся кнутом. Бол шагнул было к нему, но оставшиеся трое стали тыкать своими посохами. Один посох он успешно укоротил ударом даги, но от остальных пришлось уворачиваться.
- Лови, святой отец! - смеясь, крикнул 'староста' и хлестнул меня по руке. Печально известная 'плеть тлена' - артефакт, который Копийн оставляет на месте пентаграмм в своих капищах и служит послушникам, подвергая все разложению, обвился вокруг моей правой руки. К счастью, я знал, как с этим справляться - в библиотеке при монастыре была обширная подборка способов применения силы Его.
Я сжал кулак, накрывая пальцами вспыхнувшее Око, и энергия заструилась по руке. 'Плеть тлена' уже успела распустить на ветошь рукав моей рясы, как вдруг озарилась белым светом, и с хлопком разлетелась на части. Сектант грязно выругался, а Хатчета тем временем огрели кистенем по защищенной легким шлемом голове - от удара он охнул и осел наземь. Бол вскрикнул горестно, и в следующий момент сам схлопотал посохом под ребра. Шустрый гоблин перепрыгнул через скрючившегося Хатчета и ударил обеими ногами меня в бок. Я охнул от боли и отлетел к бассейну, где больно получил от кого-то палкой по голове и на какое-то время перестал что-либо соображать. Бой по-прежнему кипел, Бол живым сдаваться не собирался. Хоть кто-то слушает мои слова.
