Маркега это не удивило, Сунши был буквально зависим от мелкой лжи, иногда он говорил, что это необходимо для обучения, иногда, что это весело и каждый раз это было необходимо.
- Вы не ответили мастер Анниса - Проговорил Маркег пытаясь глазами нашарить свою одежду.
Анниса откинула в сторону съеденное яблоко и носком легонько толкнула кучу тряпок, которые так искал парень.
- Стены и полы в Хурсе всегда холодные, иногда хочется просто расстаться с постоянным чувством озноба в мышцах и костях. Этот источник, пожалуй, единственный в этой пещере, поэтому я часто прихожу сюда.
Маркег автоматически одобрительно покачал головой, вопросы в его голове выветрились, до конца не прошли последствия от Иссушения Плоти после которого он всегда чувствовал себя жуком, выдавленным из панциря.
- Вы не против, если я оденусь?
Анниса улыбнулась и развернулась к нему спиной, если бы она была обычной девушкой, то принялась бы непристойно подшучивать над ним, но она промолчала и даже притушила магическое пламя. Она была терпеливой, Маркег с трудом, борясь с усталостью которая казалось сильнее чем медведь, выбраться из воды. Медленными движениями словно он заставлял силой двигать свои руки натянул одежду. Всё это время Анниса терпеливо стояла к нему спиной. Маркег как ему казалось бессовестно воспользовался этим, и несколько минут стоял и смотрел на идеальный изгиб её тили и бёдер, подсвечиваемый её колдовским пламенем.
- Ты закончил. - Её голос вырвал его из оцепенения, он даже не знал сколько так простоял.
- Да мастер, конечно, закончил.
Она обернулась, и выглядела просто обескураживающе, она порылась в принесённой с собой небольшой сумке и достала оттуда яблоко. Резко размахнулась и бросила ним в него, Маркег с трудом поймал его, иначе оно бы угодило ему в глаз.
- Это за то, что пялился на меня. - Мягко как сестра проговорила девушка, так она говорила редко.
Так редко кто вообще говорил в Хурсе, где все считали себя последней надеждой человечества, а конец света столь же неизбежным как восход солнца.
Солнце, как же Маркег желал вновь увидеть солнце.
- Простите меня мастер. - Проговорил он, потому что так было нужно.
Он поднял свой бурдюк к которому даже не притронулся, поднял накидку без которой в пещере скоро станет холодно. Он собирался уходить, хотя в её присутствии никогда не делал это первым.
- Не буду вам мешать, к тому же у меня ещё есть дела с мастером Сунши.
Он развернулся, ему не хотелось с ней прощаться, это всегда отдаляет его от людей.
- Маркег, у тебя всё хорошо?
Юноша замер, до него не сразу дошёл смысл сказанного, люди в Хурсе редко такое спрашивали у него, даже Сунши.
- Что вы имеете ввиду, мастер Анниса?
- Ну, Сунши очень своеобразный человек у тебя нет с ним недопонимания?
Это был очень личный вопрос, и несмотря на то что Анниса среди всей Хурсе была единственной кто мог рассчитывать на такой же ответ, сейчас его это позабавило.
- Вы что заботитесь обо мне? Для меня это может послужить хорошим знаком, не так ли?
Может теперь вы согласитесь сходить со мной на свидание.
Маркег предлагал ей погулять каждый раз как встречался с ней, и она отказывала ему каждый раз. Но это была будто её игра, она отказывала, но не сжигала мосты. Наставница отказала ему семьдесят три раза. Она развязала широкий кожаный пояс которым была перетянута её талия.
- Нет, Маркег, - Таким же голосом, как и всегда проговорила Анниса. - Сейчас меня занимает только источник, а тебя дела с твоим мастером.
Это был семьдесят четвёртый отказ, но как и прежде он больше обнадёживал чем разочаровывал.
- Скоро увидимся госпожа. - Он знал что ей не нравиться такое обращение, но ему захотелось её легонько уколоть.
- Конечно Марег.
И ученик Сунши пошёл в Хурсу. Свет за ним погас, и пройдя двадцать шагов он услышал, как хлюпнула вода. Юноша задумался о её словах "Сунши очень своеобразный человек у тебя нет с ним недопонимания?". Маркег знал, что она имеет ввиду, Сунши был легендой в ордене, гением, он занимал особое место, имел особое положение в Хурсе. Являлся, если можно так сказать неким центром всего этого скопления людей, его имя затрагивалось почти в каждом разговоре, во всех их скудных новостях и сплетнях, притягивал к себе все взгляды где бы не появлялся. И можно сказать,что такое отношении, это не плохо, если бы не одно "но", нечто произошедшее в прошлом, нечто связанное с Сунши. Что-то что изменило орден изнутри и кардинально, и это нечто сделал всё это внимание оружием. Взгляде были наполнены страхом, похотливой завистью и презрением, слова которыми они его обсуждали пропитаны ядовитой желчью. И люди злились ещё сильнее на себя чем него, за то, что Сунши был необходим ордену, и они это знали, но никак не могли смириться. И старик стал вечным одиночкой.
И такое отношение к учителю не могло не отразиться на ученике, а всё потому что Сунши не брал учеников, и вообще не был преподавателем. Хотя ходили слухи что некогда, очень давно у мастера был ученик, но он пропал и вообще эта тема была под запретом.
