И вот вдруг появляется загадочный, никому не известный парень, которого Сунши приводит с поверхности и делает своим последователем. Маркег был сам, по-настоящему одинок, он даже не знал причины почему его сторонились словно он носил заразную болезнь которой был боле его учитель. С ним не здоровались и не прощались, его не звали на те редкие развлечения и игры которые устраивали подростки. Его обходили стороной, говорили к нему только тогда, когда он что-то спрашивал, его не трогали те, кто считал себя хулиганами. Он не спал и не ел вместе с остальным учениками, хотя это была больше заслуга Сунши, он всё делал в одиночестве или с учителем. Но Маркег не злился на это и не чувствовал себя подавленным, он принимал это как должное, как часть кругооборота и отбора в жизни. Он никогда не выходил из себя, а если и злился умело держал это в темнице своего тела.
Поглощенный размышлениями он даже не заметил, как вернулся в город, как тень прошёл по улицам и подошёл к своему дому. Вообще-то это была одна из столовых в которой ели наставники и мастера ордена, но Сунши нашёл Маркегу комнату на верху в которой он жил в окружении преподавателей. Он приоткрыл широкие деревянные двери, судя по тому, что свет с потолочных тоннелей уже не падал, на поверхности была ночь. Хурса всегда если мягко сказать была холодным и мрачным местом, а ночью она была похожа на могильные холмы с царских курганов. Он проскользнул внутрь, низкий потолок поддерживали деревянные балки, дощатый пол был начищен и вымыт. Маркег пересёк прихожую и добрался к лестнице ведущей на второй этаж, он не успел подняться даже на первую ступень как за спиной послышал голос:
- Кто это тут шатается, вам что не видно что я вымыл пол, или вам всем плевать на старика Танта. - Здоровенная толстая тень упала на Маркега.
Это был управляющий столовой, здоровенное и уродливое человеческое существо, которое испытывает наибольшее удовольствие в том, что издевалось над слабыми и теми, кто ему дан в подчинение. Говорили что он приставал ко всем кухаркам работающим у него, и те кто отказывал ему в его "ухаживания" всегда украшали синяки и ссадины. Тант особо ненавидел Маркега, потому что он по его словам был "выскочкой, которого стоит поставить на место", он называл его "наземным червяком" и "беспризорным псом".
- А это ты сопляк, и где это ты шлялся допоздна? Развлекался со своими дружками? - Тант был мертвецки пьяным, и его мелкие глаза, тонувшие в складках жирной морды, лукаво светились. - Хотя прости я совсем забыл, у тебя ведь нет друзей.
Он захохотал, плюясь слюной и всё его жирное тело затряслось множеством складок. Маркег обычно пропускал мимо ушей его оскорбления, ведь он всё это говорил из бессилия, от того что он безнадёжно застрял на месте и не имеет возможности выбраться из своего же дерьма. Маркег развернулся и зашагал по лестнице не произнеся и слова.
- Не смей ко мне оборачиваться спиной пёс, я не твой учитель отшельник я этого терпеть не собираюсь.
Маркег застыл, и медленно обернулся.
- Вот так то лучше, значительно лучше! Старина Тант расскажет о тебе всю правду, которую никто вокруг не замечает или не хотят замечать. - Он еле стоял на ногах, раскачиваясь из стороны в сторону, его штаны на половину слезли и висли где-то у колен.
Маркег спустился на несколько ступенек.
- Мне кажется что вы слишком близки со своим учителем, даже через чур не находишь. - Он снова заржал, так что затряслись стены, не опасаясь, что может разбудить преподавателей спящий наверху.
Маркег сделал ещё пару шагов в низ, абсолютно бесчувственный.
- Мне кажется, что вы любовники, что старый извращенец пялит тебя прямо в задницу. Что скажешь, я прав?
Маркег миновал ещё несколько ступеней и остановился, так чтобы его глаза и глаза Танта были на одном уровне.
- Ты ступил на опасную стезю Тант, я бы посоветовал тебе умолкнуть.
Управляющий прямо-таки затрясся от злости, его мясистые кулаки сжались походя на здоровенные молоты.
- Ты мне не указ мразь, ты никто, ты плевок который я вытираю тряпкой.
Маркег видел, что Тант на пределе, что-то или кто-то особенно сильно вывел его из себя.
- Кем же ты был, что ты оказался здесь, кем были твои родители, что отдали тебя в объятия кровожадного волка. - Тант увидел по глазам Маркега что попал в точку, что парня это задело. - Твой папаша, наверное, был ничтожество, пьяницей который колотил твою мамашу, которая в свою очередь была шлюхой, отдающейся за еду ...
