Казалось, ничего не изменилось во дворце, но они знали, что бегут с оружием по коридорам стражники, занимают свои позиции маги. Нападающих еще не было видно, но отчетливо слышались лязг оружия и короткие команды. Из-за угла выскочил один из часовых и побежал ко входу в дворцовую караулку, следом еще один. Всем постам было приказано не проявлять лишнего героизма, при угрозе уходить под защиту стен. Кристалл засветился и король Зигфрид сообщил:
— Валерия, Калхой! Нападение ведется с двух сторон. На вас остаются мятежники с центрального входа, делайте, что считаете нужным, но оставьте хоть парочку для допроса.
— Что будем делать? — спросила Валерия. — Быть может, ударим ментально, пусть повоюют друг с другом, оставшихся в живых усыпим.
Вот уже толпа мятежников показалась в поле видимости, отбросив всякую маскировку. Озлобленные, решительные, они шли убивать. Валерия и Роберт одновременно произнесли заклинание под названием Убей Врага, направив его на всю площадь и тотчас же ликующе взвыли нападавшие, направив всю силу ударов на своих товарищей. Перед ними развернулась кровавая бойня, мятежники рубили друг друга без всякой жалости, вместо недавних товарищей видя перед собой врагов. Один за другим падали обезглавленные, лишенные конечностей, с распоротыми животами и рассеченными ребрами тела. Валерия не выдержав, прошептала Сонное заклятье и на площади наступила тишина. Молча истекали кровью раненые, в беспорядке лежали убитые. Роберт обнял жену, с сочувствием глядя на ее бледное лицо.
— Не сожалей, родная. Это страшно, но они шли, чтобы убить всех, до кого дотянуться их мечи во дворце.
Он гладил ее плечи, успокаивая, потом передал по кристаллу, что с атакой покончено. До конца дежурства они простояли рядом, Роберт обнимал жену, загораживая от ее взгляда ужасную картину залитой кровью площади.
В тот же день глашатаи на площадях Кальтхейма объявили о том, что мятежники прошедшей ночью пытались захватить королевский дворец и были уничтожены стражей и гвардейцами короля. В то же время другие повстанцы напали на корабли гостей, прибывших в город. В руках они несли горючую жидкость, чтобы сжечь корабли. Кто-то из нападающих случайно уронил кувшин с этой жидкостью, которая от удара воспламенилась. Сгорели все нападавшие. Глашатаи предлагали всем, кто потерял родных, прибыть на дворцовую площадь или пристань, чтобы опознать родственников или знакомых и забрать их домой, для погребения.
Более трехсот мятежников участвовали в ночных нападениях, лишь девятнадцать попали в дворцовую темницу, остальные нашли смерть там, где искали славу и богатство. У тех, кто находил среди погибших своих родных, дознаватели Службы безопасности короля спрашивали только об одном, почему этот человек взял в руки оружие и поднял бунт против власти? Быть может, семья голодала или были обиды на королевское беззаконие? И не было ответа у безутешных жен и матерей.
К вечеру этого же дня во дворец доставили посла Таира Марка Баола. Группа, состоящая из магов и нескольких гвардейцев короля, захватила его вместе с сопровождающими сразу же после того, как он перешел границу. Посла первым пробудили от магического сна и приступили к допросу, расположившись в одной из камер подземных темниц дворца. Жгучий красавец, темноволосый и черноглазый, быстро опомнился от бессознательного состояния, цепким взглядом огляделся вокруг себя, заметил Астарту с Валерией и улыбнулся обаятельнейшей из всех возможных мужских улыбок.
— Господа, я не знаю, кто вы. — заговорил он низким, бархатным голосом. — Однако же присутствие среди вас красивейших женщин дает мне надежду на лучшее. Что вы хотите от меня? Где королева, я могу поговорить с ней?
Он смотрел на всех спокойно, лишь при виде Зигфрида в глазах его вспыхнуло удивление, но он быстро справился с собой. Валерия мысленно дотянулась до Баола и ее накрыл поток его мыслей:
— Что такое? Откуда здесь Белый Волчонок? Где же эта идиотка Лили? Или я не во дворце? Сегодня должен был произойти бунт, страже не выстоять, Лили должны были уже короновать, а ее супруг, по моим расчетам, уйти ко всем Богам. Я еще не отдавал приказ нашим войскам переходить границу Даварии, что теперь делать?
Валерия отошла в сторону, взглядом пригласив за собой князя и короля. Она пересказала им мысли посла и предложила Зигфриду продолжить допрос Баола с помощью ментальной установки на откровенность. Король сел на стул перед послом и, глядя ему в глаза, спросил:
— Не могли бы вы, господин Баола, рассказать нам с самого начала обо всех своих приключениях в нашем королевстве?
