– Есть еще одно существенное отличие, – заметил через некоторое время Варан, наблюдавший за попытками Поэта.
– Какое? – прокряхтел ученый, пытавшийся в этот момент приподнять крышку путем применения грубой физической силы.
– Эта капсула по размеру больше, чем те, которые мы увидели сначала. Раза в два.
– Семейное ложе? – усмехнулся Зол.
– Нет, в длину. Как будто для детей и взрослых.
– Ничего не выходит. – Александр Сергеевич выпрямился и отряхнул руки, испачканные пылью. – Никакого подобия замка или кнопки. Абсолютно ничего. Не понимаю, как они открываются.
– Идем дальше? – предложил Вахтер.
– Тихо! – Варан поднял руку в предостерегающем жесте. И когда все замолчали, еще несколько мгновений вслушивался в окутавшую помещение тишину. – Сюда кто-то бежит из второго коридора. Гасим свет!
С отключением последнего источника света поглотившая людей непроглядная тьма мгновенно обострила слуховые рецепторы, до чувствительных клеток которых долетел звук шагов, приближающихся к ним с поразительной быстротой. Когда шлепки босых ступней по полу раздались совсем рядом и затихли, командир отряда включил свой ручной фонарь. Существо, столь быстро перебирающееся по темным коридорам, вне всякого сомнения, обладало зрением, приспособленным к полному отсутствию света, и, в отличие от людей, могло рассматривать их в малейших подробностях. Необходимо было сыграть с ним на своем поле.
Луч фонаря выхватил на своем пути мерзкое белесое создание. В электрическом свете мелькнули огромные, занимающие почти половину лица прозрачные глаза. Уродливый обитатель подземелья, взвыв от боли, закрыл лишенные век глаза длинными ладонями рук, которые росли только с одной стороны туловища, и рванул вперед, в надежде спастись от боли. Сопровождаемый уже несколькими лучами света, он с разбегу наткнулся на «волчок», упал и стал, оглушительно визжа, крутиться на полу, не в силах подняться из-за нестерпимой боли в выжженных светом глазах. Оглушительно грянул хлопок выстрела, и затем все стихло.
– А вот и хозяин склепа, – мрачно пошутил Шаман.
Обнаженное и полностью лишенное волосяного покрова убитое существо выглядело порождением больного воображения в ночном кошмаре: непропорционально вытянутое, с невероятно длинной грудной клеткой, две нижние конечности смотрят длинными стопами в одну сторону. По всей видимости, монстр мог передвигаться только боком.
– Судя по следам, это он трогал одну из капсул. – Склонившийся над телом ученый выпрямился.
– Может, он знает, как ее открыть? – предположил Вахтер.
– Все может быть.
– Ясно только одно: из этого склепа теперь только два пути. – Варан обвел взглядом присутствующих. – Первый – по которому мы сюда пришли. Второй – по которому пришел сюда он. – Кивок головы указал на труп белесого существа. – До открытия Портала остается три часа. Мы можем выбрать новый путь в надежде, что он приведет нас, например, к Великому Гудвину, и тот исполнит все наши желания. Второй вариант предлагает возвращение по старому маршруту, попытку выбраться на первый этаж и надежду на то, что «собачкам» надоело караулить нас у входа. Ваши предложения?
Серая очередь тянувшихся от самого горизонта туч сегодня стелилась вдоль равнины даже ниже обычного. Казалось, они своими серыми клубящимися брюшками вот-вот заденут высокую серо-зеленую траву, которая гуляет волнами от накатывающих всполохов прохладного вечернего ветра. Еще немного – и нижний уровень облаков, с которыми он иногда делит небо, наткнется на жесткую, больно бьющую землю и порвется. Расползется в стороны, пропуская через образовавшуюся брешь столь неприятные потоки светлых частиц, испускаемых солнцем. Он вместе с остальными два раза за свою короткую жизнь поднимался вверх за границу облаков. Первый раз по глупости, когда такие же, как он, молодые особи, отделившись от основной стаи, упоенные своей новой способностью к полетам и решившие воспользоваться иллюзией свободы, понеслись вверх. Второй раз уже вся стая была вынуждена сняться с недавно облюбованного ими для гнездования места при появлении в насиженных уже кустах небольшого семейства неуклюжих рогатых зверей с густой шерстью, вторгшихся на их территорию и начавших жадно поедать листья вместе с ветками. Пришлось покинуть, пусть и на время, новое место жительства. Если эти крупные шерстистые звери обнаружат перед своей тупой мордой, помимо зелени, еще и его вместе со стайкой сородичей, разбираться уж точно не будут. Еда есть еда.
Таким образом, он уже второй раз был вынужден взлететь высоко вверх, чтобы дать время стаду, уничтожив кусты, двинуться дальше. Можно было бы, конечно, полететь куда-нибудь вперед, но поблизости ничего подходящего видно не было. А совершать длительные перелеты в горизонтальной плоскости – это всегда очень трудно. Тут нужна значительная поддержка попутного ветра или большой запас собственных сил. А вот подняться на приличную высоту, задержаться там, лавируя между потоками воздуха, а затем по спирали медленно опускаться обратно к земле – истинное удовольствие.