— Готов побиться об заклад, что сожру разом пять порций гребаных йодистых водорослей, если не положу тебя на правой руке.
— Ты серьезно?! — чернокожий гигант оскалился в недоверчивой ухмылке. — Эх, если б я не уважал седину и инвалидность, я бы тебя и на левой положил, коротышка.
Большой Пит красноречиво помахал протезом, оставшимся на месте левой руки, и мужики в комнате нестройно захохотали.
— «Инвалидность», ты сказал? Ну давай, иди сюда, верзила, — позвал я его, вызывающе разводя руки, призывно покачав головой. — Притащите кто-нибудь стол! Сейчас посмотрим, кто кого.
Не прошло и минуты, как мужики, заинтересовавшись таким поворотом событий, притащили нам какую-то тумбу, на которой можно было более или менее удобно разместить локти. Большой Пит, грузно поднявшись с пуфика в предвкушении легкой победы, занял место напротив меня.
Готовящееся действо взволновало даже тех участников посиделки, кто ранее оставался безучастным. Я оглянуться не успел, как вокруг собрались шестеро зрителей, разгоряченных примитивным, но захватывающим, истинно мужским зрелищем — двое сорвиголов, решивших померяться силами на спор.
В мгновение ока нашлись секунданты, которые пододвинули наши локти в нужное положение. Как и всегда в таких случаях, кто-то первым выкрикнул заветное: «Ставлю пятак на Пита!», и сразу несколько глоток загалдели, радостно заявляя о своем участии в тотализаторе. Донни, вызвавшийся быть моим секундантом, поставил небольшую сумму на меня, но я подозревал, что это лишь дань вежливость и солидарность сослуживцев. Как ни крути, Пит выглядел крупнее меня раза в полтора.
— Эй, что там у вас происходит? — услышал я за спинами мужиков обеспокоенный вопрос кого-то из сотрудников комплекса, как бы невзначай заглянувших в нашу комнату отдыха, видимо, в ответ на оживленный гам. — Там что, драка?!
Я встретился глазами с насмешливым взглядом Большого Пита. Хватка у громилы оказалась крепкая, и я, честно говоря не сомневался, что он победит. Но давно забытое чувство соревновательности и бурлящей жизни, которое я испытывал, стоило того, чтобы съесть на спор сколько угодно водорослей.
— Начали! — взревел один из секундантов, хлопнув рукой по тумбе.
Я ощутил напряжение, с которым сплелись наши ладони. С удивлением почувствовал, как мышцы, прежде твердые, как сталь, быстро слабнут под напором руки противника. Тяжело дыша, я сделал над собой титаническое усилие, чтобы хоть немного побороться, не позволяя прижать руку к столу. Мужчины вокруг возбужденно галдели, колотя руками по тумбе и поддерживая нас бодрящими ругательствами.
— Ну давай же, сдавайся, ублюдок, — кряхтя от напряжения, шептал раззадоренный схваткой соперник, усиливая нажим. — Все равно я тебя сделаю!
— Эй, остановитесь! Это что вам, атлетический зал?! — возмущенно кричал где-то позади санитар, пытаясь протолкнуться месту схватки.
В этот момент тумба под нашими локтями, не предназначенная для таких нагрузок, надломалась. Я увидел изумленное лицо Большого Пита, приближающееся ко мне, за миг до того, как наши черепа стукнулись друг о друга, а их владельцы, держась за ударенные места, оказались на полу, среди поломанных деревяшек.
— Да что же это такое?! — завопил санитар возмущенно. — Что за дебош?!
— Ну и чугунная у тебя башка, Пит, — пожаловался я, моргая одним из своих глаз, но все же не в силах удержаться от смеха. — Черт! Похоже, у меня опять сотрясение.
— Ну, тебе-то не привыкать, судя по мордашке, — тоже смеясь, ответил мой соперник. — Эй, помогите-ка усадить короля обратно на его трон!
Я ощутил, как несколько пар рук схватились за меня, усаживая назад на инвалидное кресло. Держась за шишку на голове, Большой Пит похлопал меня по плечу, и пообещал:
— Не думай, что отделаешься от водорослей, парень. В следующий раз я тебя взгрею.
— Только это, вы уж будьте так добры, в атлетическом зале! — качая головой при виде разломанной тумбы, сказал один из сбежавшихся на место инцидента сотрудников.
Кто-то из начальства, обеспокоенный происшествием, дал персоналу распоряжение взять меня под свою опеку до момента транспортировки обратно в больницу. Работники комплекса тщательно обработали место ушиба, приложили к нему контейнер со льдом и, вопреки моим заверениям, что со мной все в порядке, выписали направление на рентген. Вскоре оказалось, что микроавтобус с водителем уже ждет меня, чтобы доставить обратно в госпиталь. Большой Пит и Донни вызвались проводить меня по дороге к выходу, уговорив молодого санитара доверить им присмотр за мной по дороге.
— В общем, ждем тебя снова, кэп, — похлопав меня по плечу, дружелюбно сказал Большой Пит. — К твоим услугам здесь: общество товарищей, сколько угодно праздной болтовни, телевидение, азартные игры, курево, а подчас и выпивка. Здесь тебе не стационар. Тут снисходительны ко всем нашим маленьким слабостям.
Я улыбнулся ему и кивнул, но в это время меня сковал приступ головной боли, и я зажмурился, чтобы не выдать при ребятах стон.
