“Уазик” тряхнуло на колдобине, майор крякнул, повернулся и, улыбаясь в усы, проговорил смущенно и укоризненно:
— Неужели, Ангелина Георгиевна, вы думаете, что с вами что–то такое может случиться?
Беспрепятственно миновав пост охраны, они въехали на территорию уютного городка, где на молодой изумрудной траве среди сосен и елей стояли нарядные и аккуратные кирпичные двухэтажные коттеджи.
— Это... “Царское село”? — спросила Геля, с интересом глядя по сторонам.
— Так точно, — произнес свои первые слова водитель.
Геля слышала про загородный поселок, который построило для себя губернское начальство и новые придонцы и который в народе сразу же прозвали “царским селом”, — слышала, но еще не видела...
Людей почему–то не было — ни около домов, ни на посыпанных красным битым кирпичом дорожках.
Майор громко, со свистом, потянул носом и прокомментировал:
— Кислород!
“Уазик” остановился рядом с розовым, словно игрушечный, домом. Молоденький милиционер выскочил первым и, улыбаясь, галантно подал Геле руку. Повозившись немного с замком, усатый майор открыл дверь, отдал честь и бодро пожелал:
— Здравия желаем, Ангелина Георгиевна!
— Та–ак, — протянула Геля, начиная кое о чем догадываться, и широким решительным шагом вошла в незнакомый дом.
Везде стояла хорошая современная мебель, на полу лежали пушистые шерстяные ковры, в каждой комнате было по телевизору, даже в кухне; огромный холодильник был забит продуктами, в ванной висели белоснежные полотенца и розовый махровый халат.
— Та–ак! — громко и сердито повторила Геля и рванула по деревянной лестнице на второй этаж, где оказалась спальня с широченной кроватью, один вид которой вызывал смущение. Рядом в кресле лежала гитара. Это была ее, Гелина, старенькая любимая гитара...
На улице загудел мотор уезжающего “уазика”.
Геля обессиленно опустилась на край кровати и, глядя на гитару, громко вдруг всхлипнула и зарыдала.
— Дурак! Вот дурак–то! Вот дурак–то, господи! — приговаривала она, размазывая по щекам слезы.
Взгляд случайно упал на окно, и она увидела, как из дома напротив молодая, красивая, хорошо одетая женщина выкатывает детскую коляску. Неторопливо и счастливо катила она ее по посыпанной красным битым кирпичом дорожке.
Геля перестала плакать и неотрывно и задумчиво смотрела ей вслед.
Глава десятая
ЧЕМ Я БОГАЧЕ, ТЕМ НАРОДУ ЛУЧШЕ
1
