Зачем эти мелкие ляпы: путаница с названиями газет, когда разные названия закрытой газеты (“Наш путь”, ранее “Воля народа”, ранее “Наша речь”) вдруг приписываются каким-то другим, вполне здравствующим, газетам? Зачем в игре в орфограммы, которая наглядно иллюстрирует действие декрета, допущена ошибка? Последнее придется пояснить. В газете “Наш путь” опубликован текст: “Трубсомодержавия еще смердит. Целлесообразно, кажеться, наконец сделать все,штоб у антенародново элемента вырвали жало. Омирзительные враги пятнают наш стяки гризнят его, но мыидины и непобедимы. Много еще затрадпридстоит нам, мосштаб битв неописуем. Но жызнь возьмет свое!” с комментарием: “Надеемся, что читатель наш не станет по-гимназически подчеркивать красным карандашом ошибки начинающего публициста”. Персонажи романа, естественно, подчеркивают (как выше проделал это я) и получают фразу — “Большевики идиоты”. Неприятность, однако, состоит в том, что в результате подчеркивания можно получить лишь: “Большевики идиоы”. Так снова Быков играет со своим читателем.

Глубокий психологизм также оказывается с изъяном. Персонаж, получивший исчерпывающую характеристику, ей, вообще говоря, никак не соответствует: ни речами, ни делами. Да это и не важно. Ведь, например, процитированная выше характеристика Ашхарумовой вовсе не принадлежит Ятю и собственно к Ашхарумовой никакого отношения не имеет. На самом деле это авторская характеристика ее прототипа, женщины, о которой мы знаем гораздо больше, чем о персонаже романа.

Все эти приемы-обманки разбросаны по роману без особой цели: разве что показать, что это отнюдь не серьезный роман, а совсем другое (правда, Быков прекрасно понимает, что на эти его знаки никто не обратит внимания).

Что именно? А именно, как сказано выше, “правильный текст” (в сегодняшнем понимании этих слов). Слово “правильный” в последнее время чрезвычайно расширило свою сочетаемость. Выражения типаправильная еда, правильная одежда, правильный ресторан, правильный фильмранее едва ли были возможны. Сегодня же словоправильныйфактически формирует новый стиль поведения, следовать которому должен любой “продвинутый” человек. Если использовать европейские аналогии, можно сказать, что речь идет о создании нового русского дендизма, особого свода правил, “как себя вести”, “какую одежду носить”, “что есть”, “куда ходить” и в числе много другого — “что читать”.

Перейти на страницу:

Похожие книги