Рядом в землю ударили зубчатые подошвы, подбежавший федерал забрал винтовку и залез в подсумки убитого. Достав второй, неиспользованный стимпак, забрал себе, и тройка штурмовиков тяжело, с видимым усилием передвигаясь, побежала в сторону Костела – где сейчас не замолкала плотная стрельба.
Открыв глаза, смаргивая серую пелену, Блейз ощутил привычное возвращение тяжести тела, сопровождающей воскрешение. Сглотнув, он на краткий миг позволил себе насладиться свежим воздухом и комфортной температурой – даже без рвущих тело пуль нахождение в знойной сковородке мертвого города было мукой.
И тут же парень содрогнулся, вспомнив увиденное в последний момент лицо своего убийцы, отравленного радиацией – покрытое язвами, струпьями, оплавленное словно после ожога, с кроваво-красными глазами. Содрогнувшись, Блейз вдруг понял, что звук сражения никуда не ушел – вернувшись вместе с ощущением реальности, он заполнял все вокруг.
Рядом оказался слуга цитадели и сдержанным жестом пригласил следовать за ним. Выйдя из часовни воскрешения, Блейз увидел собравшихся мастеров, наблюдающих за ходом боя. И почти сразу столкнулся со взглядом горящих магическим огнем лазурных глаз Юлии Орловой – девушка быстро показала ему большой палец и вернулась к изображению на широкой проекции. Здесь, кроме общей панорамы Костела, на многочисленных интерактивных экранах можно было угадать трансляцию с остальных трех ключевых объектов, а также общий план Белой Церкви.
На миг Блейз отвлекся – справа от основного сейчас экрана с трансляцией находилась статистическая таблица, отображающая счет участников. «27-71» – светились сейчас крупные цифры, и под каждой из них шел список имен. Самым первым в перечне Эмеральда значилось имя выбывшего из игры Блейза – уже серое, неактивное – с отметкой «4» в счете убитых. Мельком глянув на статистику, парень приоткрыл рот, отвлекаясь на происходящее – ромбовидный танк уже практически пересек мост. Изображение приблизилось, и шум сражения уплотнился, эхом мечась между ярусов внутреннего двора Цитадели.
Вдруг таблицы пришли в движение – что с одной, что с другой стороны побежали цифры напротив имен, увеличивая счет убитых, над серой строкой с именем Блейза оказалось сразу несколько новых. Общие цифры так же – и с одной, и с другой стороны – побежали, показывая уменьшающееся количество участников Битвы, и строчки имен как с одной, так и с другой стороны начали окрашиваться серым.
Блейз замер на месте, ошарашенно наблюдая за бойней у подножия моста – даже не замечая, как слуга цитадели тянет его в сторону скамьи, где сидели первые четверо погибших из уничтоженного орудийного расчета.
— Винни, Винни, это же я, Пятачок! – во время стрельбы истошно, полувзвизгом орал Санчес, перекрывая даже гул пулемета. Длинная прямая планка ленты подошла к концу, и Железняк рядом засуетился, перезаряжая пулемет.
Высунувшись из-за парапета, я выстрелил несколько раз в сторону моста, пытаясь достать бегущих под прикрытием танка. Пули только высекли искры из гусениц преодолевшего больше половины расстояния монстра, не причинив никому вреда. Укрывшись, я оттянул затвор и торопливо затолкнул следующую обойму на пять патронов.
— Это какие-то неправильные пчелы, кома… – вскинулся Санчес, глядя в мою сторону. Договорить не успел — пуля попала ему чуть ниже шеи, отбросив тело в ореоле веера хлынувшей крови. Практически сразу совсем рядом с проломом ударил снаряд – взрыв откинул пулемет в сторону, подмяв станком Дровосека.
Двери Костела вдруг распахнулись, и в окружающем грохоте я удивительно четко услышал несколько негромких, но звонких металлических хлопков. В помещение влетели сразу четыре небольших металлических болванки, покатившись по полу.
– Гранаты! – только и закричал я, прижимаясь к стене.
Четыре взрыва слились практически в один, а сразу после этого в здание заскочили федералы — укутанные в серую маскировочную рванину. Я начал стрелять, но длинная винтовка не успевала за стремительными фигурами. Одна из которых вдруг взбрыкнула, словно от удара кувалдой в грудь — укрывшаяся Майя развернулась навстречу новой опасности, убив одного из нападавших. Почти сразу место, где лежала девушка крест-накрест перехлестнуло сразу несколько очередей, выбивая фонтанчики пыли из камней и покрывая рваными дырами китель девушки.
