Когда царским указом Отцам Собора в очередной раз было предложено разъехаться и мирным поведением хоть как-то загладить вред, причиненный Церкви, Александрийский патриарх также покинул город (без царского разрешения) и вернулся в свою патриархию, а Мемнон вышел из-под ареста и продолжал архиерействовать. Хотя св. Кирилл и добился нового осуждения Константинопольского архиерея и вновь продемонстрировал высоту положения своей кафедры, дома его встречали отнюдь не с восторгами. Даже друзья делали ему вполне обоснованные упреки, что ради удовлетворения своей страсти он отодвигает на второй план интересы Церкви[811].
Возможно, раскол мог бы прекратиться, но внезапно Максимилиан и его советники допустили грубую ошибку, низвергнув из сана нескольких сирийский епископов, не принявших изгнания Нестория: епископа Дорофея Маркианопольского, митрополита Евферия Тианского, митрополита Имерия Никомидийского, митрополита Элладия Тарсского. Судилище было явно неправомерным, но, поскольку за утверждение данного решения просили римские легаты, св. Феодосий II согласился с его решением. В ответ возвращающиеся антиохийские епископы срочно организовали в Тарсе свой Собор и вновь низложили св. Кирилла и Мемнона, но пощадили римских легатов и папу. Более того, прибыв в Антиохию, они вновь организовали Собор, где присутствовало уже около 200 епископов Востока, который подтвердил все их решения в Эфесе и Тарсе. Таким способом разрыв с «официальной» церковной стороной – св. Кириллом – оформился документально[812].
На этом, собственно говоря, формально и закончил свою работу III Вселенский Собор – самый скандальный из всех, бывших до него и после великих общецерковных собраний. Он представляет несомненный интерес не только с богословской точки зрения, но и контекстом происшедших на нем и близ него событий. Создавшиеся нестроения в значительной степени были обусловлены пассивной позицией императора и его двора, покоящейся на ложной идее, будто данные вопросы должны решаться епископами без участия царя. Но действительность опровергла столь оптимистические ожидания, и никогда после этого императоры не позволят себе игнорировать свои обязанности, уже глубоко осознанные ими и проверенные практикой, по управлению Вселенской Церковью.
Фактически разогнанный императором Эфесский Собор разорвал Церковь на жестко противостоящие друг другу партии, не сумевшие самостоятельно изжить зародившийся вселенский соблазн. Только теперь св. Феодосий Младший понял, какую ошибку он совершил, самоустранившись от ведения церковных дел, а поняв, предпринял решительные меры по ее исправлению, организовав спасительное для Церкви давление на вождей обеих партий.
Вначале императорский двор направил приглашения Антиохийскому епископу Иоанну и св. Кириллу в Александрию приехать для примирения в Никомидию, где в то время располагалась царская резиденция, но те отказались. Тогда уже сам император направил письма к вождям противоборствующих партий, предлагая смирить свою непреклонность. Иоанну Антиохийскому царь писал, что раскол прекратится, как только Сирийский патриарх подпишет осуждение Нестория[813]. Смягчить свою позицию предлагалось и св. Кириллу.
Исполнителем воли монарха по примирению двух церквей являлся нотарий и трибун (государственный секретарь) Аристолай. Пока шла оживленная переписка между дворами, и Аристолай лично убеждал св. Кирилла отказаться от своих «12 анафематизмов» – непременное условие примирения, высказанное Антиохийской церковью, тот пока еще действовал по своему плану. Александрийский патриарх прилагал немалые усилия для подкупа царского окружения и нейтрализации тех придворных, которые сочувствовали низвергнутому Несторию или просто недолюбливали самого св. Кирилла. Деньги, драгоценности и ценные вещи рекой лились из казны Александрийской церкви, но не могли дать большого эффекта – императорская миссия Аристолая имела в резерве такое сильнодействующее оружие, как смещение св. Кирилла и Иоанна с кафедр в случае их упорства.
На помощь св. Феодосию II пришел даже Константинопольский патриарх Максимилиан, заявивший, что если Несторий осужден, то к чему теперь «анафематизмы» св. Кирилла? Иоанн Антиохийский направил в Александрию епископа Павла Эмесского, под влиянием слов которого св. Кирилл решил не навязывать всему православному миру свои «12 анафематизмов» и подписал примирительное Антиохийское вероопределение, в сущности, не противоречащее его богословской позиции; то самое, что сирийцы изначально привезли с собой в Эфес. Наконец, в 433 г. было подписано «Согласительное исповедание»[814].
