Сохранились очевидные свидетельства того, что Валентиниан III пытался всеми возможными способами воспрепятствовать воцарению св. Маркиана. Считая себя обесчещенным тем, что никто в Константинполе не справился с его мнением о новом кандидате, он вызвал к себе Аэция, с которым мы сталкивались выше, и потребовал от полководца немедленно начать войну против св. Маркиана. При всех своих личностных недостатках Аэций, выдающийся полководец и государственный ум, не мог не понять абсурдности этой идеи. Ему искренне симпатизировал св. Маркиан, в котором он легко обнаружил и здравый смысл, и храбрость. Это был идеальный союзник в войне с гуннами. Но напрасно Аэций просил императора выбросить из головы идею тотальной войны, от которой мог выиграть лишь Аттила, тот был непреклонен. И хотя сам св. Маркиан относился к государю Запада с чрезвычайным почтением и ставил его имя во всех текстах законов впереди себя, Валентиниан III демонстративно в период с 451 по 452 г. игнорировал св. Маркиана как августа и консула в своих актах. В конце концов сдался и он – сил противостоять Востоку у него просто не было[918].
Что можно сказать о новом царе? Он был безупречно честен, прямодушен, последователен в решениях, суров, немного грубоват и бескорыстен, физически силен и, несмотря на возраст, все еще по-мужски красив. Его отличала прямота характера и любовь к справедливости, что выглядело чем-то необычным на фоне распущенных нравов аристократов и столичных городов, но напоминало старые римские порядки, которые еще поддерживались в армии. Как христианин, св. Маркиан был благочестив по отношению к Богу и к людям. Он «считал богатством не то, что сберегается, и не то, что собирается от налогов в одно место, но единственно лишь то, что может помочь нуждающимся и обеспечит большую безопасность владеющих».
Пронизанный духом римской военной дисциплины, понимая действенность наказания в деле поддержания общественного порядка, он тем не менее старался не столько карать, сколько угрожать карой. Новый император был малообразован, но люди уважали в нем здравый смысл, а его храбрость вошла в пословицу. Святому Маркиану шел 58‑й год, и он собирался посвятить последние годы своей жизни на благо отечества и служению Церкви[919]. Это был именно тот товарищ по трону, в котором остро нуждалась св. Пульхерия.
Поскольку святая императрица уже давно носила титул августы, ей принадлежала решающая роль в исполнении последней воли царственного брата по поставлению св. Маркиана на престол. Тонкость ситуации заключалась в том, что при сложившихся обстоятельствах он мог стать императором только путем женитьбы на августейшей деве. Ведь в Иерусалиме проживала императрица св. Евдокия (хотя бы уже и номинальная), и при наличии трех августов (Валентиниана III, св. Пульхерии и св. Евдокии) признавать царем постороннего человека было совершенно невозможно.
Церемония воцарения случилась в Евдоме 24 августа 450 г., в присутствии армии, по обыкновению приветствовавшей избранника, после чего св. Пульхерия и св. Маркиан тут же обвенчались. Для этого императрица получила разрешение патриарха от обета девства, данного в юности, но и теперь уже далеко не молодые супруги жили целомудренно. Вне всякого сомнения, их брак был всего лишь фикцией. Гораздо важнее то, что супругов связывали чистота нравов, добрые духовные отношения и единомыслие в вере. Для большей легитимности прав св. Маркиана царица добилась того, что ставленник Диоскора патриарх Анатолий Константинопольский в 450 г. короновал нового императора – событие, до сих пор невиданное.
Первым делом императрица св. Пульхерия решила восстановить единоличное правление царей, избавившись от многочисленных фаворитов и временщиков. Она выдала на суд и казнь ранее могущественного евнуха Хрисафия – ясное свидетельство полной перестройки отношений в высшем свете. Затем вернула в Константинополь мощи св. Флавиана, выбрав местом их погребения фамильный для царей храм Святых Апостолов, где уже покоился св. Иоанн Златоуст. А император св. Маркиан ознаменовал начало своего царствования эдиктом о сложении недоимок с населения за последние 9 лет. Вскоре это станет обычной практикой при воцарении нового монарха. Помимо этого, он воспретил всякие поборы, ранее взимавшиеся при вступлении в должности (главная предпосылка коррупции среди чиновничества), и отменил огромные затраты, производимые лицами, вступавшими в консульство. Как рачительный хозяин, император велел обратить эти средства на городские и общенародные нужды, в частности на восстановление городского водопровода Константинополя.
Святой Маркиан был предельно благочестив, и в этом отношении они очень походили со св. Пульхерией друг на друга. Известно, что супруги вместе неукоснительно соблюдали все религиозные церемонии и моления, какие совершались ранее при св. Феодосии Младшем. Стараниями супругов вскоре был построен монастырь св. Зои и св. Ирины[920].
