– Ну, наконец-то мальчик спрашивает, – пробормотала та, откладывая вышивание в корзину. – Это когда все его хитроумные построения приведены в действие, причем о большей их части я даже не подозреваю, и теперь он спрашивает. Замечательно. Твой мир с шончан не будет пользоваться популярностью.
– Перемирие, – поправил Ранд. – Перемирие с Драконом Возрожденным будет существовать столько же, сколько существует Дракон Возрожденный. Когда я умру, все окажутся свободными от обязательств и смогут решать, возобновлять войну с шончан или нет.
Мин резко захлопнула книгу и скрестила руки на груди.
– Не смей так говорить! – выпалила она, ее личико покраснело от гнева. Узы донесли страх.
– Таковы пророчества, Мин, – грустно ответил он. Ранда печалила отнюдь не его судьба, а ее. Он хотел защитить Мин – и ее, и Илэйн, и Авиенду, – но в конце концов он принесет им всем только боль.
– Я же сказала, не смей так говорить! В пророчествах не сказано, что ты обязан умереть. И я не позволю тебе умереть, Ранд ал’Тор! Я, Илэйн и Авиенда, мы все втроем, не позволим тебе умереть! – Она впилась взглядом в Аливию, которая, согласно ее видению, поспособствует смерти Ранда, и руки Мин потянулись к манжетам.
– Успокойся, Мин, – сказал Ранд.
Девушка отдернула руки от манжет, где таились ножи, и сжала зубы. Узы внезапно заполнило упрямство. О Свет, то есть теперь ему придется волноваться о том, как бы Мин не попыталась убить Аливию? Откровенно говоря, у нее это вряд ли получится – бросать нож в шончанку все равно что в Айз Седай, – но девушка могла сама оказаться покалеченной. Вряд ли Аливия умеет создавать что-то, кроме боевых плетений.
– И все равно это твое предприятие не будет пользоваться популярностью, – непреклонно заявила Кадсуане, повышая голос. Она смерила Мин хмурым взглядом, а потом снова повернулась к Ранду. Ее лицо было спокойным и невозмутимым, лицом настоящей Айз Седай. Темные глаза напоминали два черных, до блеска отполированных камня. – Особенно в Тарабоне, Амадиции и Алтаре, как, впрочем, и везде. Если ты позволяешь шончан удерживать те земли, которые они уже захватили, какие страны ты сдашь потом? Именно таким вопросом задастся большинство правителей.
Ранд откинулся в кресле, вытянул ноги перед собой и скрестил лодыжки:
– Не важно, будет это перемирие пользоваться популярностью или нет. Кадсуане, в Тире я прошел сквозь тер’ангриал в виде дверной рамы. Ты знаешь об этом?
Она нетерпеливо кивнула – качнулись золотые украшения.
– Один из вопросов, которые я задал Элфин, звучал так: как мне выиграть Последнюю битву?
– Опасный вопрос, – тихо заметила Кадсуане, – ведь он некоторым образом связан с Тенью. Считается, что результаты могут оказаться не самыми благоприятными. Каков был ответ?
– «Север с Востоком должны стать едины. Запад и Юг должны стать едины. Двое должны стать одним целым». – Ранд выпустил изо рта колечко дыма, затем второе. Но он не стал рассказывать обо всем. Он спросил еще: как выиграть битву и остаться в живых. Вторая часть ответа была следующей: «Чтобы жить, тебе нужно умереть». В ближайшее время обсуждать это с Мин он не собирался. Впрочем, как и с любым другим, разве что с Аливией. Сейчас же нужно просто придумать, как остаться жить после смерти. – Сначала я думал, что это означает, что я должен завоевать всех и вся. Но оказалось, что это совсем не то, о чем они говорили. А если это значит вот что: раз уж шончан заняли Запад и Юг, как тебе известно, то нужно создать альянс, который и будет участвовать в Последней битве? Альянс с шончан, в союзе со всеми остальными?
– Допустим, – согласилась Кадсуане. – Но если собираешься заключать это… перемирие… зачем ты направляешь немалую армию в Арад Доман и укрепляешь свои позиции в Иллиане?
– Потому что Тармон Гай’дон действительно приближается, Кадсуане, а я не могу одновременно сражаться и с Тенью, и с шончан. Или я заключу перемирие, или сокрушу их, чего бы мне это ни стоило. Пророчества гласят, что я должен связать с собой девять лун. И лишь пару дней назад я понял, что это значит. Как только вернется Башир, я узнаю, где и когда я встречусь с Дочерью Девяти Лун. Остался вопрос, каким же образом я должен привязать ее, и, видимо, ответ на этот вопрос даст она сама.
