И тут вдруг Ранд ощутил, что вокруг направляют саидин. Кожу щипало, она покрылась мурашками – значит, и саидар тоже! Усадьба. Семираг! Ранд попробовал оттолкнуться от земли и подняться, но с хриплым стоном рухнул обратно. Он медленно поднес к глазам кисть левой руки, в которой словно сосредоточилась вся боль мира, силясь ее разглядеть. Разглядеть то место, где должна быть его кисть. Там остался лишь искалеченный, обугленный обрубок. Он торчал из манжеты, от обгоревшей кожи поднимались тоненькие струйки дыма. Но вокруг продолжали направлять Силу. Его люди сражаются за свои жизни. Возможно, они погибают. Мин! Он собрал все силы, старясь подняться, и снова упал.
Словно услышав его мысленный призыв, над ним склонилась Мин. Она прикрывает его своим телом, понял Ранд. Узы готовы были лопнуть от сострадания и боли. Не от физической боли. Он бы сразу понял, если бы ей нанесли хоть самую незначительную рану. Эта боль была за него.
– Лежи тихо, – проговорила она. – Ты… ты ранен.
– Знаю, – прохрипел он. Он снова потянулся к саидин, и, как ни странно, Льюс Тэрин не стал этому препятствовать. Сила хлынула в него. Оттолкнувшись одной рукой, Ранд поднялся на ноги. И тут же принялся готовить несколько крайне неприятных плетений. Не боясь испачкать наряд, Мин подхватила его под здоровую руку, помогая устоять. Но бой уже подошел к концу.
Семираг стояла неестественно прямо, руки вытянуты вдоль тела, а юбки прижаты к ногам, – совершенно очевидно, ее завернули в потоки Воздуха. Из плеча у нее торчал один из ножей Мин. Вокруг пленницы наверняка поддерживают щит, однако ее смуглое красивое лицо дышало высокомерием. Ей уже пришлось пробыть какое-то время пленницей – во времена Войны Тени. Тогда она бежала из строго охраняемого узилища, наведя такой ужас на своих тюремщиков, что те сами устроили ей побег.
Раны других участников сражения оказались куда серьезнее. Маленькая темнокожая сул’дам и высокая дамани с пепельными волосами – между ними поблескивала цепочка ай’дам – лежали на земле, глядя на солнце уже остекленевшими глазами. Еще одна пара стояла на коленях, прижавшись друг к другу, кровь вымочила их волосы и струилась на лица. Остальные стояли, деревянно вытянувшись, точно так же как Семираг, и над тремя дамани Ранд разглядел щиты. Все женщины казались будто парализованными. Одна из сул’дам, стройная, темноволосая девушка, тихонько всхлипывала. Лицо Наришмы было в крови, а его куртка местами пострадала от огня. Сандомеру тоже не повезло: прорвав шелк, из левого рукава торчала испачканная красным белая кость. Оказавшись рядом, Найнив вытянула ему руки и резким движением вправила кость на место. Скривившись от боли, Аша’ман негромко застонал. Айз Седай положила ладони на место перелома, и через пару мгновений мужчина уже сгибал руку, шевелил пальцами и бормотал слова благодарности. Логайн выглядел целым и невредимым, так же как Найнив с Кадсуане. Последняя внимательно разглядывала Семираг. Так, наверное, выглядит Коричневая сестра, рассматривающая невиданное животное.
И тут повсюду стали открываться переходные врата, и из них ринулись всадники – Аша’маны и Айз Седай со своими Стражами, за ними – Девы с лицами, закрытыми вуалями, и Башир во главе своих конников. Объединившись в круг, пара из Аша’мана и Айз Седай могла создать переходные врата куда больше, чем Ранд в одиночку. Значит, кто-то подал сигнал – красную вспышку в небе. Каждый Аша’ман уже был преисполнен саидин, и Ранд логично предположил, что и все Айз Седай в равной мере удерживают саидар. Отряд Дев рассыпался по территории усадьбы и исчез за деревьями.
– Аган, Хамад, обыщите дом! – распорядился Башир. – Мэтоун, строй копейщиков! Они ударят по нам при первой же возможности.
Двое солдат тут же воткнули в землю копья, спешились и, обнажив мечи, бросились внутрь усадебного дома. Остальные начали выстраиваться в две шеренги.
Аяко поспешно спрыгнула с лошади и бросилась к Сандомеру, не думая о том, что ее юбки волочатся по грязи. Мериса подъехала к Наришме и, не сказав ни слова, обхватила его голову руками. Юноша дернулся, спина выгнулась дугой, его голова едва не вырвалась у сестры из ладоней – она Исцеляла его. У нее не очень выходило Исцеление по методу Найнив.
Не обращая внимания на суматоху, Найнив подобрала юбки перепачканными кровью руками и подбежала к Ранду.
– О-о-о, Ранд, – воскликнула она, увидев, что случилось с его рукой. – Мне так жаль. Я… я сделаю, что смогу, но не в моих силах вернуть все, как было. – Ее глаза светились состраданием.
