– Тебе следует знать, что Белая Башня желает, чтобы ты взошла на Львиный трон. И чтобы добиться такого исхода, Элайда направила меня сюда, дабы я стала твоей советницей.
К собственному удивлению, Илэйн рассмеялась. Элайда направила к ней советницу? Какая нелепость!
– Духара, рядом со мной уже есть Айз Седай, которые дают мне советы, если я нуждаюсь в таковых. Ты
– Дитя мое, твои так называемые советницы – мятежницы, – поучительным тоном провозгласила Духара, причем в слово «мятежницы» она вложила максимум презрения. Она повела рукой, в которой держала серебряный кубок. – Как ты думаешь, почему такое количество Домов выступает против тебя и почему еще столько же держится в стороне? Дело в том, что они отлично понимают, что на самом деле ты не располагаешь поддержкой Белой Башни. Но если я стану твоей советницей, их отношение изменится. Я возложу корону тебе на голову уже через неделю. Самое большее, через месяц-два.
Илэйн невозмутимо встретила пристальный взгляд Красной сестры. Ей хотелось сжать кулаки, однако усилием воли девушка заставила руки спокойно лежать на подоле.
– Даже если бы так и было, я все равно отказала бы тебе. Со дня на день я жду известия о низложении Элайды. Белая Башня воссоединится, и тогда уже никто не сможет упрекнуть меня в отсутствии поддержки с ее стороны.
Духара мгновение рассматривала вино в кубке, ее лицо – безмятежная маска Айз Седай.
– Хотя для тебя все будет немного не так радужно, как я описала, – продолжила она, будто не слыша слова Илэйн. – Мне кажется, тебе не захочется, чтобы эту часть нашего разговора слышали дички. И твоя телохранительница. Неужели она думает, что я сейчас наброшусь на тебя? Не важно. Как только корона будет возложена на твою юную головку, ты должна будешь назначить регента, потому что тебе самой предстоит вернуться в Белую Башню, дабы закончить обучение и пройти наконец испытание на шаль. И не бойся, тебя не станут наказывать за побег. Элайда готова признать, что ты покинула Башню по приказу Суан Санчей. А вот твои попытки выдавать себя за Айз Седай – другое дело. За это тебе придется поплакать. – Сумеко и Алис зашумели, и Духара словно внезапно вспомнила, что они тоже здесь. – Ах, так вы не знали, что Илэйн – на самом деле всего лишь принятая?
Илэйн вскочила на ноги и воззрилась на Духару сверху вниз. Обычно сидящий имеет преимущество над стоящим, однако сейчас глаза девушки светились решимостью, а голос звучал твердо. Как же ей хотелось влепить этой женщине пощечину!
– Эгвейн ал’Вир возвысила меня до Айз Седай в тот самый день, когда ее саму возвели на Престол Амерлин. Я избрала Зеленую Айя, и меня туда приняли. И не вздумай больше никогда говорить, что я – не Айз Седай, Духара. Чтоб мне сгореть, я такого не потерплю!
Духара поджала губы, так что они совсем превратились в ниточку.
– Подумай, и ты увидишь, как обстоят дела на самом деле, – наконец произнесла она. – Хорошенько подумай, Илэйн. Даже слепому видно, как сильно ты нуждаешься во мне и в поддержке Белой Башни. Позже мы поговорим с тобой еще раз. Пускай мне покажут мои покои. Я, как никогда, хочу отправиться в постель.
– Тебе придется поискать комнату в гостинице, Духара. На всех кроватях в этом дворце уже спят по три, а то и по четыре человека. – Будь даже дюжина комнат свободна, Илэйн и не подумала бы селить там Духару. Повернувшись к ней спиной, она подошла к камину и стала греть руки. Позолоченные часы с маятником, стоявшие на каминной полке из резного мрамора, пробили три раза. До рассвета, стало быть, осталось еще столько же. – Дени, проследи, чтобы Духару проводили до ворот.
– Тебе не удастся так легко избавиться от меня, дитя мое. Никому не удавалось избавиться от Белой Башни. Подумай, и ты увидишь, что я – твоя единственная надежда.
Сопровождаемая шуршанием шелка, Красная сестра прошествовала прочь из комнаты, и дверь с щелчком захлопнулась за ней. Скорее всего, Духара приложит максимум усилий, чтобы доказать свою необходимость, и устроит кучу каверз. Но всему свое время.
– У вас появились какие-нибудь сомнения? – осведомилась Илэйн, отворачиваясь от огня.
– Ни в коем случае, – откликнулась Сумеко. – Вандене и остальные считают тебя Айз Седай, значит так оно и есть.
Голос женщины звучал уверенно, однако у нее имелись собственные причины верить в сказанное. Если выяснится, что Илэйн – самозванка, то все мечты Сумеко о возвращении в Башню и о вступлении в Желтую Айя потеряют всякий смысл.
– Однако эта Духара верит в то, что говорит, – развела руками Алис. – Нет, я вовсе не сомневаюсь в тебе, что ты! Нет. Но эта женщина уверена в своих словах.
Илэйн вздохнула:
