– Никто никого не убивает. Принеси лед из морозилки.
Он поднимает меня за шкирку, как щенка, и затаскивает домой. Встряхивает, прислоняет к стене, и говорит прямо в ухо.
– Не лезь к моей жене! Ясно? – заглядывает в глаза. – Ясно?
Я киваю.
– Сорян за фингал, – произносит Ромыч, отпуская меня. – Есть ощущение, что надо было это сделать.
Роман
– Ты кто? – спрашивает меня здоровый мужик, которого все зовут Носорогом.
Да они все тут здоровые мужики! И несколько пиздюков более или менее подросткового возраста. Которые, по всем признакам, тоже скоро станут бугаями.
Кстати, Китикета среди них нет. Хотя его отец, Кот-старший, присутствует.
Мужикам всем в районе пятидесяти, пиздюкам меньше двадцати. А я где-то посередине. Скоро будет тридцатник.
И да, я тоже достаточно здоровый, чтобы не затеряться на фоне этой гоп-компании.
– Я Роман, – отвечаю на вопрос.
Вроде, уже представлялся.
– Это мы поняли, – произносит Варлам по прозвищу Волчара. – А какой ты зверь, Роман?
– Машку все зовут Козой, – задумчиво произносит Кот.
Мужики ржут.
На что это он намекает? Это он типа меня подколол за фингал его сыну? Да похрен. Фингал был за дело, и я готов ответить.
– Козел – неплохое животное, – отзываюсь я. – Благородное и опасное. Но я бы предпочел быть Вепрем.
– Вепрь? Это дикий кабан, что ли? Кабанчик у нас уже есть.
– Ну а Вепрь как раз его родственник.
– Вепря еще надо заслужить.
Так и думал.
Меня будут испытывать. Проверять на прочность, на говнистость, на непрошибаемость… Ну давайте уже, начинайте. Задолбали своими подколами.
– Отпросился у жены? – спрашивает Котяра.
– Конечно. Я убежденный подкаблучник.
– Мы все тут такие, – ржут мужики. – Добро пожаловать в клуб.
Да, Маша не хотела меня отпускать. Сначала. Но я не мог не поехать. Мужики позвали на рыбалку! Я должен вписаться в тусовку.
Конечно, прежде чем уйти, я исполнил супружеский долг. Два раза. Хотел еще пару раз, но Маша взмолилась о пощаде. И такая сама:
– Ром, ты вроде на рыбалку собирался…
Вот как надо отпрашиваться у жены!
Но этих подробностей я, естественно, рассказывать не стал.
Я не люблю рыбалку. И не особо умею. Хотя чего тут уметь? Наливай да пей. Так говорит мой батя.
Но эти, вроде, особо не пьют. Реально сидят с удочками. Двое. Еще двое надувают лодку. А Пашка Кабан точит топор…
– Я не понял, меня топить будут или что-нибудь отрубят? – интересуюсь вежливо.
– Для начала отрубим. Потом по обстоятельствам.
– Понял.
– Давай, насаживай червей.
Мля. Вообще не кайфую от протыкания склизких червей острыми крючками.
Может, они еще на охоту меня позовут? И заставят освежевать какого-нибудь свежезастреленного зайца?
Тоже не моя тема. Не люблю по зверушкам стрелять. Хотя по мишеням – с удовольствием.
Короче, понаблюдав, как я брезгливо обращаюсь с червяками, меня посадили на весла. Я даже услышал в свой адрес что-то вроде “мамина пися”. Но не уверен, что понял правильно.
В качестве гребца я их полностью устроил. Даже немного чересчур. То и дело раздавалось:
– Эй, Ромыч, сбавь обороты.
– Ромыч, мы тут типа крадемся, а не гоним двести по встречной.
– Бля, Рома! Потише маши веслами!
– А я еще хотел мотор купить, – выдал Носорог, когда мы причалили и выгрузили садки с рыбой. – Теперь буду Ромыча с собой брать. Он лучше мотора. И бензин не жрет.
– Рома, а че ты жрешь?
– Меня тут недавно такими пельмешками накормили… Я теперь душу за них продам. И, кстати, у меня лучшая в мире теща.
– Прогиб засчитан, – ухмыляется Пашка Кабан.
А Варлам говорит:
– Пошли, постреляем.
И достает охотничью винтовку. Мля. Только не в зверей!
Оказывается, у Волчары и мишени есть с собой. Он их развесил по деревьям и каждый стрелял в свою. Я последний.
– За Машу, – выдаю я, взяв в руки ружье.
– Ой, всё! – скалится Кабан. – Подкат засчитан. Жаль, она не слышит.
– Я ей расскажу, – говорю я .
И целюсь в мишень.
Стреляю я, прямо скажем, неплохо. В армии научили. И потом я активно развивал этот навык в страйкболе и пейнтболе.
Так что сейчас… делаю пару десятков выстрелов. Или чуть больше.
Кот идет за моей мишенью.
– Ни хрена себе!
Приносит и показывает остальным.
– Ого!
– Ну ты снайпер!
– Мужик, – мне пожимают руку.
– Это сердце или жопа? – интересуется Михей.
Дружный ржач.
Ну, как сказать… Это же в честь Машеньки! Значит, и то, и другое. Ее незабвенная, неподражаемая, роскошная белучча – навсегда в моем сердце.
Блин, вспомнил, как она сегодня стояла передо мной на коленях, сначала передом, потом задом… Возбудился так, что капец.
– За это надо выпить, – провозглашает Кот.
И достает что-то там. Откуда-то.
– Что это у тебя?
– Настойка.
– Кабанья?
– Не. Кабан зажал последнюю бутылку.
– Вообще, это Багира зажала, – объясняет Кабанчик. – Никому, говорит, не дам. Сама хочу попробовать. На свадьбе дочери.
– Серьезно?
– Охренеть!
– Веселая будет свадьба…
– Да там немного осталось.
– А много и не надо.
Я прислушиваюсь, но вообще не понимаю, о чем речь. Вопросов не задаю. Потому что отвечают мне исключительно подколами.
А дальше, как говорит мой батя, началась настоящая рыбалка. Наливай да пей.