«Хорошо, что Гердих не знает истории с его матушкой. Она слово дала, что никому не расскажет о конфузе в обмен на оставление попыток сделать ее фавориткой. А дочь Цессира хороша! Вылитая Эйжения, - в животе короля растеклось приятное тепло, а кончики пальцев начало пощипывать - верный признак того, что ему хочется поближе узнать понравившуюся женщину. Элькассар, потирая пальцы, задумчиво сощурил глаза. - Однако она тоже из рода Меняющих Лики, как бы не выкинула фокус почище своей бабушки».
- Не беспокойтесь, Ваше Величество, не выкинет...
От неожиданности король вздрогнул. Он и забыл, что Магистр рядом.
- Почему я должен беспокоиться?
- Дочь Цессира совершенно пустоголовая. Ни одной дельной мысли, - Магистр грустно улыбнулся. - Природа на детях отдыхает. Бедный Гердих...
Король вздохнул.
«Ну вот, только настроился, а тут такое».
Придворные, хорошо знающие Элькассара Третьего, помнили, что для него глупая женщина страшнее смерти. Он предпочитал равных ему по уму и коварству. Игра с разумницами, не обделенными красотой, делала его счастливым. Устроить поединок и выйти из него победителем - не это ли высшая точка наслаждения, достойная короля?
Элькасар перевел глаза на бывшую танцовщицу Ильду Гер, которая уже год как оставила театральную сцену и теперь готовилась услаждать слух гостей пением.
«Вот тоже умница: выторговала у меня и мужа, и чарующий голос».
Если бы не скука, которая одолевала Элькассара Третьего все чаще и чаще, он не искал бы замену Ильде. Хотелось чего-то в корне противоположного: чтобы новая любовь была и ростом поменьше, и голосом потише, и телом помягче.
«Рыженькую бы. Или брюнетку».
Душа требовала нового увлекательного приключения.
«Пикировки, полувзгляды, полунамеки, томление и ночные фантазии - как я по всему этому соскучился!»
А в завершении приключения, как победный аккорд - Поцелуй, который заставит женщину забыть о семье, о долге, сделает ее свободной. До тех пор, пока любовница не наскучит.
«Сегодня замечательный день, - Магистр улыбался, разглядывая дочь Цессира, которая даже не успев поприветствовать монарха, пролетела мимо своего счастья. - Король вышел на охоту, а Гердиху, как бы он ни старался, не удастся пристроить свою кровиночку. Дура и есть дура».
- Но хороша! Хороша! - Элькассар Третий позволил «пустоголовой» приблизиться, снисходительно наблюдая, какой эффект производит его гостья на остальных женщин. Скрытая тканью грудь, плавная линия бедер и подчеркнутая атласным поясом талия заставляли пуститься мужскую фантазию вскачь. Придворным дамам было о чем поволноваться: их выставленная напоказ грудь, получившая дополнительный объем и пресловутую складочку между полушариями благодаря тесному корсету, выглядела неестественной. Элькассар знал, достаточно расплести пыточное сооружение, как от обещанных выпуклостей останется пшик. А тут...
Король поднял глаза на Магистра, но Баргир едва заметно помотал головой, говоря тем, что мозгов у прелестной девы, удачно выбравшей наряд, не прибавилось.
«Жаль, жаль...» - Элькассар с удовольствием развязал бы те ленты, что обвили длинную шею.
- Гердих! Откуда у тебя дочь? Где скрывал столь прелестное создание?
- На приграничных землях. Вы же знаете, у меня там замок.
«И ведь ни разу не соврал», - Гердих с вызовом взглянул на Магистра.
- Надо бы мне тоже как-нибудь навестить твой замок, - Элькассар уже потерял интерес к Эйжении, а потому та по знаку отца растворилась в толпе гостей.
- Мои «феи» всегда к вашим услугам.
Юлия, ища глазами брата, чувствовала себя шхуной, разрезающей волны. И это она, которая многим из дам, не говоря уж о кавалерах, уступала в весе и росте.
Там, где «шхуна» прокладывала себе путь, толпа немедленно расступалась. На окружающих ее лицах изумление и жадный интерес соперничали с притворной брезгливостью.
- Фу! Как она могла позволить себе не надеть корсет!
Шепот, шипение и смешки - все спрятано за веера, которые сегодня трепетали особенно нервно.
- А грудь? Где ее грудь? Неужели совершенно голая прячется за этой легкой занавеской?
- У нее ткани не хватило сделать хотя бы пять нижних юбок? На мне сегодня двадцать четыре!
- Ох уж эти юбки! Я забыл, как выглядят женские ноги, - кто-то из кавалеров закатил глаза.
- В чем же дело? - деликатный шепот с придыханием. - Приходите сегодня после полуночи, я покажу...
- Простите, боюсь потеряться в ворохе ткани.
Если бы Юля обернулась, она была бы крайне удивлена - за ней, боясь наступить на шлейф, тянулась череда мужчин. Среди них царило соперничество. Все только и ждали, когда «шхуна причалит», чтобы пригласить на танец.
Поправку в планы мужчин, жаждущих почувствовать под пальцами живое тепло, а не пластины корсета, внес внезапно появившийся «разбойник Ханнор». Он перехватил дочь лорда Цессира, просто взяв за ее руку. Изегер увел ее в круг танцующих, не дожидаясь ни начала новой мелодии, ни согласия дамы.
И опять веера затрепетали.
- Пресветлая Афарика! Что с его волосами?!
- Ах, а где же его косы?
- Лорд Ханнор одичал на своей границе!
- Совсем без волос? Это недопустимо!
