– Эти метеоры так быстро сверкают, – сказала Лизка, негодуя, – как вообще можно успеть загадать желание?
– Делюсь секретом, – ответил я, – заготовь заранее и мысленно повторяй его. Ну или обдумывай подробности. Так будет больше шансов поймать звезду за хвост.
– Вот читер, – засмеялся Паша.
– Дай-ка тоже считерю, – сказал Макс, усмехнувшись, и все надолго замолчали.
Небо окончательно стемнело у горизонта, вокруг послышался стрекот ночных насекомых. Мы с друзьями молча смотрели на звездное полотно.
– Знаете, что я подумал? – сказал вдруг Эрни. – Пожалуй, что всякое лето – нулевое.
– А нынешнее – аж трехкратно! – ухмыльнулся Паша. – Ну, с тремя нулями…
– Я в том смысле, что оно ведь и правда нулевое.
– Как это? – я все еще не понимал друга, во многом из-за не слишком хорошего знания местного сленга. – В смысле новое?
– Ну вот вспомни, – продолжил Эрни, – наступает лето. И ты всегда примерно знаешь, что такое лето, оно ведь каждый год приходит. Знаешь, что будут жаркие дни, игры с друзьями, никакой школы и море свободы.
– Это разве плохо? – спросил Макс.
– Да нет, я не об этом. Хочу сказать, что вроде бы примерно знаешь, чего от этого лета ждать, а оно – раз! И непредсказуемое, и разное! И даже то, что вроде как происходит как по плану, настолько круто! И все радует, и удивляет…
– И оставляет след в памяти, – медленно и мечтательно произнесла Лизка.
– Точно, – согласился Эрни. – И не просто след, а такой, как от чего-то, что видишь впервые.
– Реально, нулевка… – сказал я, наконец в полной мере поняв друзей, – и это было такое же.
Все снова замолчали. Где-то во дворах лаяла собака, по дороге за домом изредка проезжали машины.
– Ладно, че приуныли? – Макс бодро поднялся на ноги, спустился с беседки и добавил, стоя уже на земле: – Еще две недели лета впереди! Предлагаю по такому случаю еще не раз сыграть в футбол и прятки!
Так и получилось: всю неделю днем мы были чем-то заняты (гоняли мяч, прятались по заброшенным стройкам, лазили по гаражам), а вечером садились на лавку, болтали и придумывали новые мечты под все реже падающие звезды. Мы словно пытались еще раз поймать за хвост уходящее лето, в полной мере наслаждаясь всеми его радостями. А потом пришел второй признак скорой осени.
Каждый год 24 августа, ровно за неделю до начала учебы, на центральной площади Степного открывалась ярмарка «Школьный базар». Там ставили множество палаток, из которых торговали портфелями, тетрадями, дневниками, школьной формой, ручками, карандашами и всяческими прочими приметами 1 сентября. Мне не очень нравится ходить на школьный базар, потому что это, как ничто другое, напоминает мне о конце лета, но вместе с тем есть и некое приятное чувство. Ощущение чего-то свежего, какой-то новой ступеньки с переходом в следующий класс. В этом году уже восьмой – подумать только! Нет, правда, есть в начале учебы и позитивные моменты: встретиться с одноклассниками, поделиться впечатлениями, узнать, у кого что произошло за последние три месяца. Да даже просто увидеться и удивиться, как изменились ребята за лето. Все эти мысли неизменно возникают у меня в голове, когда мы с Платоном и бабушкой ходим по ярмарке и пополняем учебные запасы. Правда, не особо сильно: из Степного мы обычно привозим дневники и несколько тетрадей, а все остальное покупаем уже дома.
А еще каждый год с открытием школьного базара – правда, мы с друзьями специально обращали на это внимание – погода в Степном меняется. С этого дня и само солнце как будто бы снижает градус тепла, и ветер свежеет, и уже не посидишь так долго на улице. Наши вечерние гуляния уже заканчиваются не к одиннадцати, как в середине лета, а часам к девяти, потому что в это время в конце августа уже прохладно и темно. И вроде бы даже меньше людей на улице – как будто все они, не сговариваясь, меняют привычки под натиском скорой осени.
Есть и третий признак завершающегося лета, в этом году совпавший с днем нашего отъезда.
Третий (и последний) сигнал о скорой осени – мой день рождения 27 августа.
