Несмотря на то что все относились к Лене более-менее дружелюбно, ей казалось, что Вика была единственной, кто на самом деле понимал ее. Они вместе ходили в школу, а после уроков почти все время проводили вдвоем. В школе у Вики были проблемы с одноклассниками, и однажды Лене пришлось вступиться за подругу на перемене, когда ту окружила толпа мальчишек. Дед научил Лену, как постоять за себя, и она, недолго думая, применила знания на практике. Трех мальчишек тогда отправили к медсестре, а на следующий день Лену в коридоре поймал старшеклассник-огр – брат одного из побитых пацанов – и пригрозил, что ей с подругой придется ответить за свой буйный характер.
Девчонки понимали, что в одиночку противостоять местным группировкам не получится, единственным надежным способом избавиться от проблем с ограми было обозначить свою принадлежность к другой группировке, и поэтому они обратились за помощью к янкам. Лена не придавала особого значения своему новому статусу, в то время как Вика как будто бы обрела вторую семью – она быстро втянулась в дела группировки и уже скоро считалась полноправным членом, а спустя какое-то время подтянула за собой и подругу. Девчонки стали носить одинаковые стрижки каре, бывали на сборах, периодически ходили выяснять отношения с ограми. Поначалу Лене было все равно, чем занимаются ее новые подруги, но чем больше она узнавала, тем противнее ей становилось от этой бандитской романтики, о чем она открыто говорила Вике. Однако, видя, с каким энтузиазмом та рассказывает, как ее ценят старшие, Лена бросила попытки вразумить подругу. Постепенно девочки отдалялись друг от друга, Лена все реже участвовала в делах янок, хотя все еще носила каре, чтобы избегать лишних проблем. С прошлого лета обычно бодрый и веселый дед вышел на пенсию и начал постоянно болеть. Чтобы позаботиться о деде, Лена устроилась работать в только что открывшийся видеопрокат.
Я внимательно слушал подругу и не перебивал. Мне стало стыдно, что из-за меня она снова оказалась втянута в эти разборки, и я уже открыл было рот, чтобы извиниться, но в этот момент дверь машины резко распахнулась, и показавшийся в проеме милиционер кратко скомандовал:
– На выход, оба.
Мы с Леной выскочили из машины, а милиционер, закрыв за нами дверь, сказал:
– Пошли отсюда, и чтобы я больше вас тут не видел.
Не задавая лишних вопросов, мы развернулись и быстро зашагали вдоль дороги. Свернув за угол ближайшего дома, мы остановились.
– Что это было? Почему они нас отпустили? – спросил я, хотя было очевидно, что Лена также не понимала, что произошло.
Вдруг откуда-то из кустов выскочили четыре короткие тени, и, приглядевшись, я понял, что это мои друзья – Эрни, Макс, Паша и Лизка. Они выглядели одновременно взволнованно и радостно.
– Уф, слава богу, успели!
– Да уж, еще бы чуть-чуть, и вас бы увезли!
– Хорошо, что Лизка вас заметила!
Выяснилось, что, когда мы с Леной покинули наш двор и двинулись в сторону седьмого, Лизка побежала сообщать об увиденном друзьям, и они уже вчетвером рванули за нами вдогонку, поняв, что мы отправились за кулоном вдвоем. Честно говоря, услышав об этом, я был горд за смелость моих друзей. Очутившись на седьмом, ребята не смогли нас найти и просто бродили из одного двора в другой, стараясь никому лишний раз не попадаться на глаза. Когда они уже практически отчаялись, в одном из дворов друзья наткнулись на отряд милиции, который, к счастью, их не заметил, а спустя какое-то время увидели, как меня и Лену сажают в «бобик». Запомнив номер машины, ребята побежали в ближайший магазин, где Паша позвонил своему отцу и, сбиваясь, рассказал, что его друзей только что задержали.
– Ну а дальше Пашин батя пробил по номеру этот «бобик» и приказал вас выпустить, – закончил историю Макс, – мы видели, как вы выходите, но решили ментам все равно не показываться, мало ли.
Вспоминая это сейчас, я могу только предполагать, что было бы, если б тогда с нами не было Паши. Или если бы у Паши не было отца – начальника в органах. Или если бы ребята не завернули в тот двор. Наверняка мы бы просидели в отделении до утра, пока кто-нибудь бы не нашел наших родственников, и последняя возможность вернуть кулон и загладить вину перед Кимериусом была бы навсегда потеряна. И опять я вспомнил сон‐кино: как Пашу отчитывал отец и говорил, что, не ровен час, ему придется вытаскивать из мест не столь отдаленных друзей сына. Что ж, и правда пришлось. Нет, что-то все-таки было в этих видениях: все они каким-то образом отразились на том, что случилось со мной этим летом.
Лена была немногословна (хотя и очень рада внезапной свободе – это было видно по ее лицу) и лишь коротко поблагодарила моих друзей за помощь, а обратно пошла одна – сказала, что ей так удобнее. Я же в подробностях рассказывал друзьям о нашем походе и невероятной крутости подруги из видеопроката, благодаря которой и удалось выполнить казавшуюся почти невозможной миссию.
