Тут в палатку вошёл Ломпатри, а за ним рыцарь Вандегриф. Появление атарийца удивило рыцарей не меньше, чем появление нуониэля, ведь после того, как Ломпатри вернулся из форта, он и словом не обмолвился с воеводой Гвадемальдом. Второй переговорщик скрылся в свой палатке, и сидел там до этого момента. Обычно, если переговорщик не приносит ответа, его подозревают в сговоре с врагом или в передаче ценных сведений противнику. Но то касается обычных смертных. Для рыцарей, правила иные, поэтому Ломпатри не тронули. Рано или поздно за ним пришли бы и потребовали объяснений, но вот рыцарь сам соизволил явиться, и ему точно было, что сообщить: ведь в руках он держал весьма странный деревянный посох, принесённый им накануне из форта.
– Господа, – начал Ломпатри, – мой спутник нуониэль прав: Великий Господин не человек.
– Что же, господин Ломпатри, – обратился к нему Гвадемальд, – мы рады, что вы, наконец, почтили нас своим присутствием. Значит, вам удалось справиться с тем, с чем не справился верховный маг Байсен. Вы живы, и рассудок ваш чист. Мы готовы слушать вас. Однако, пока я в замешательстве: и вы и ваш сказочный друг имеете важные сведения, и кому из вас дать слово первым, я сомневаюсь.
– И я и Тимбер Линггер, наверняка поведаем вам об одном и том же, но мне, так же как и всем прочим, интересно послушать о том, о чём, как утверждает господин нуониэль, вы нам не рассказали.
– Я вас понимаю, господин Ломпатри, – спокойно ответил Гвадемальд. – В таком случае, говорить будут все. И раз господин нуониэль утверждает, что я предал короля Девандина, то пусть он сам, в знак своих добрых намерений, расскажет нам всё, что знает. Пусть подкрепит свои слова доводами. А потом в этом шатре каждый выскажет всё, не утаив ни толики от остальных. Давайте все раскроем свои карты! Итак, господин, кто вы, что здесь делаете, а главное, как смеете подозревать меня в измене?
Нуониэль вынул из кармана невзрачную тряпку и положил её на стол. Потом он положил на тряпку свой меч и аккуратно завернул его, спрятав блестящий клинок. В другую тряпку он завернул отрубленную руку. После, нуониэль сел на стул.
– Моё имя Тимбер Линггер и я нуониэль из Лойнорикалиса – края далеко отсюда, за Найноэльским морем. Я картограф. Моё ремесло – рисовать карты, искать новые земли и вести переговоры от имени моего края с представителями других королевств и земель.
– Вы неплохо справляетесь с ролью переговорщика, господин, – ехидно заметил рыцарь Марнло, кивнув на кулёк с отрубленной рукой.
Гвадемальд укоризненно взглянул на своего товарища, и тот прикусил язык.
– Когда я и рыцарь Ломпатри встретились, со мной шли двое, – продолжал нуониэль. – Мы направлялись в Дербер. Там нас ожидал корабль в Илларию. Возможно, он всё ещё не отплыл. Но когда я узнал о том, что в здешнем форте засел тхеоклемен, я понял, что Иллария подождёт.
– А что вы собирались делать в Илларии? – спросил рыцарь Карий, горящий любопытством и схватывающий каждое слово сказочного существа.
– Те два илларийца – служители культа Великой Башни – строения на одном из илларийских островов. Эта башня стояла там задолго до того, как море отступило, и Иллария превратилась в страну множества островов. По правде сказать, никто до сих пор не знает, когда построили ту башню, и кто это сделал. Как бы там ни было, цель культа – открыть двери того строения и подняться наверх. Многие поколения последователи культа изучают башню и ищут способ открыть главные ворота. Я отправлялся в Илларию, чтобы помочь им с этим.
– С чего вы взяли, что сможете открыть башню, если сами илларийцы пытаются это сделать уже многие века? – снова спросил Карий, очарованный рассказом и не замечающий, что прочие рыцари всё никак не могут взять в толк, какое отношение всё это имеет к текущей ситуации.
– Однажды, мне посчастливилось взойти на башню, подобную той, что стоит в Илларии, – ответил нуониэль. – Но это неважно. Важно то, что я здесь проездом. Если бы не встреча с рыцарем Ломпатри и не потеря памяти, я бы уже подплывал к илларийским берегам. Да, когда я вновь вспомнил всё, мне стоило бы незамедлительно направляться в Дербер. Однако то, что я увидел, заставило меня поменять планы. Времени у нас нет, поэтому я опущу детали. Существо, владеющее фортом «Врата», не человек. Таких как он называют тхеоклеменами. Они служат силам, с которыми борется каждый, кто почитает свет, жизнь и силу, имя которой да не будет лишний раз произнесено. Сами тхеоклемены считают, что служат порядку, а все, кто им противостоит – хаосу. Тхеоклеменов много, и не каждый из них опасен. Всё же этого Великого Господина я опасаюсь. Он мудр и коварен, а ещё он обладает предметом, который в умелых руках может стать источником великой силы.
– Древние артефакты! – рассмеялся вдруг Марнло. – Как интересно! Вот бы жрецы услышали все эти россказни!
Нуониэль поднялся и подошёл к рыцарю Марнло. Тот поёжился; вероятно, не хотел запачкать о тёртый походный плащ нуониэля свои роскошные наряды.
