– Но я не закончил, господин нуониэль, – вновь взял слово Гвадемальд. – Вы обвинили меня в измене. Я прояснил все обстоятельства дела и теперь, я хочу, чтобы каждый присутствующий сказал, что он об этом думает. Итак, господа, кто из вас склонен считать меня предателем?
Господа промолчали. Хитрый план Гвадемальда показался им разумным. И действительно, кто знает, что мог бы сделать этот Исакий с фортом и с людьми, если бы Гвадемальд тогда упорствовал. Возможно, не притворись тогда Гвадемальд перед этим Великим Господином, более двухсот человек погибло бы. Теперь же, эти двести щитов стоят в рядах вирфалийского войска полные сил и ждут сражения.
– В таком случае, – продолжил Гвадемальд, – я прошу вас, Тимбер Линггер, принести мне извинения за клевету.
– Я готов принести извинения, – поклонившись, ответил нуониэль, – а так же признать рыцарскую честь наивысшей добродетелью, сравнимой со всем, что свято у моего народа. Однако я прошу вас дать мне отсрочку, и позволить мне сделать это заявление после того, как господин Ломпатри поведает всем нам о том, о чём он говорил с тхеоклеменом.
Рыцари лишь пожали плечам, а Гвадемальд, насупив брови, махнул рукою на сказочное существо и предложил атарийскому рыцарю взять слово.
– Рассказывать, господа, особо не о чём, – начал Ломпатри, присаживаясь к столу. – Великий Господин, истинное имя которому…
– Прошу вас, рыцарь, – внезапно прервал его Тимбер, – не произносите имени тхеоклемена понапрасну. Даже в самих именах этих созданий уже заключена великая сила. Нам неизвестно, что случиться, если имя нашего врага прозвучит сейчас, когда мы решаем, что делать далее.
– В таком случае, пусть он остаётся Исакием для всех вас, – продолжил Ломпатри. – Вместо ответа на предложение о сдаче твердыни, он рассказал мне, что думает о нас, людях, о нашей земле и о нашей чести, господа. Затем, он предложил мне примерно то, что предлагал и господину Гвадемальду: сражаться на его стороне. Только вот войско он не просил приводить. Наоборот, он обещал дать мне войско, чтобы я захватил всё Троецарствие. Для начала.
– То есть он предложил вам войско господина Гвадемальда? – рассмеявшись, спросил Марнло. – Хитёр и нагл этот Исакий!
– Две тысячи воинов слишком мало, чтобы захватить Троецарствие! – заметил рыцарь Овиан. – Даже с выдающимися умениями Белого Единорога.
– С его слов я понял, что сила эта доселе не принадлежала никому, – сказал Ломпатри. – Исакий говорил, что она сокрыта за третьими вратами. И по его словам, эта сила превосходит все силы Троецарствия.
– И вы поверили, господин? – удивился Гвадемальд.
– Послушайте меня, рыцари, – начал Тимбер Линггер. – Тхеоклемен не станет просто так сообщать кому-то своё имя. Знать имя тхеоклемена – значит завладеть частью его волшебной силы. Наш тхеоклемен своё раскрыл рыцарю Ломпатри. Мало того, он ещё и вручил ему свой посох. А посох колдуна – средоточие его силы. Без посоха тхеоклемен уязвим. А вот с посохом – нет.
– Он мог поступить так, только веруя в то, что Белый Единорог поддержит его, – предположил рыцарь Карий. – Выходит, он полностью доверяет рыцарю Ломпатри.
– Верно, – согласился Тимбер. – Или же нет. Или у него есть ещё и запасной план. Я считаю, что Исакию безразлично, поддержит его Ломпатри или нет. У него есть радужный глаз. А это значит, что захват Троецарствия и всех других краёв, населённых людьми – для него вопрос времени. Просто с Белым Единорогом он справится гораздо быстрее. Без рыцаря всё займёт больше времени. Но результат будет один и тот же.
– Спасение мира! – вновь ухмыльнулся рыцарь Марнло. – Превосходно! Осталось только найти избранного, для полного комплекта настоящей героической песни!
– Рыцарь Марнло, вы явно не испытываете к сказочным существам приязни, – заметил Тимбер.
– Вы здесь не причём, поверьте! – успокоил его Марнло. – Скажи всё это простой человек, я относился к этому так же.
– Согласен, – отозвался рыцарь Карий Вакский, – всё звучит очень странно. Но ситуация опасная. Нам надо принимать решения.
– Так давайте их принимать! – назидательно заявил Марнло. – Я лично полностью доверяю господину Гвадемальду, и считаю его план великолепным, пусть наш воевода и чутка схитрил, не поставил нас в известность. На войне, порой, требуется скрытность. Так вот, сейчас нет никаких оснований очертя голову творить невесть что. Следует дождаться основных боевых частей, закончить осадные орудия и приступить к штурму. Если при этом господину Гвадемальду удастся убедить Исакия открыть ворота – тем лучше для всех нас. Ну а коль нет, то и без этого одолеем.
