Следующие дни тянулись однообразно – Блэкмор освободил Вивиан от полетов, и она всегда была рядом с Лиамом. Команда «Аполлона» уже спокойнее относилась к беглому псионику, хотя Лиам все равно не решался снять блоки, чтобы услышать отголоски их мыслей. Боялся, что они повлияют на хрупкое равновесие. Тем более что длиться ему оставалось недолго – связь со Зверем Лиам ощущал теперь иначе, не так сильно, даже во сне мог отмахнуться от настойчивого зова, но прекрасно понимал, что очень скоро придется вновь войти в интеграцию.
Наконец, через две недели, Карпович дал добро на посещение дока – там черная даже при ярком свете и пугающая живая машина находилась у платформы в полном одиночестве.
Вместе с Лиамом, Вивиан и Мэттью в док пришли механики, в числе которых был и Уоллс, опасливо озиравшийся на Лиама, и начали что-то закреплять в ее кабине.
– Передатчик, – пояснил капитан. – Заодно и маячок для отслеживания. Нейронные сети, разработанные Консорциумом вместе с дарнийцами, для нашей связи недоступны.
– Когда планируется операция? – поморщился Лиам; в непосредственной близости Зверь был оглушающим, практически не позволяющим думать.
– Через два дня, – покачал головой Карпович. – Сложно, он зовет, я понимаю. Пойдемте.
Было страшно – не просто вновь оказаться наедине с ужасом, а по своей воле вернуться к тем, кто придумал эту смертельную игру. Но Лиам понимал, что от его действий зависит победа над главным врагом.
«Я боюсь, что ты не вернешься».
«Вивиан, просто знай, что я тебя люблю».
«И я тебя люблю».
«Я должен помочь. Обязан. Но постараюсь вернуться».
«Я буду ждать».
Последняя ночь вместе была полна торопливой страсти – успеть почувствовать, успеть насладиться, успеть запомнить те короткие мгновения, что выделила судьба. Лиам, наплевав на усталость, пытался впитать то, что было между ними. Вивиан обуревали те же мысли – что, если они не увидятся больше?
Утром Карпович сопроводил Лиама и Вивиан в док: Призрак был готов. Точнее, его передатчик – Лиам должен будет им воспользоваться, когда обнаружит базу Консорциума. Вивиан поцеловала на прощание, а потом Лиам, стараясь не смотреть на нее, начал снимать одежду – внутри он находился абсолютно обнаженным. Зверь встрепенулся и заликовал, почувствовав пилота.
Идя будто на эшафот, Лиам приблизился к краю платформы и взобрался по холодной плоти машины в кабину – створка (если это применимо к органическому кораблю) была по-прежнему раскрыта. Вивиан не спускала с него глаз, ее боль была осязаемой – Лиам хотел бы впитать, разделить, чтобы ей стало легче, но уже поздно. Не время.
В интеграцию на борту «Аполлона» договорились не входить – силовое поле крейсера мягко выводило Призрак из дока, пока Лиам удерживал руку на шейном имплантате, не давая завершить процесс. Зверь злился, но сделать ничего не мог. Уже оказавшись в открытом космосе, Лиам позволил кораблю подключиться.
Тут же обрушился шквал – нетерпение, даже своеобразная радость, но Лиам не дал эйфории развиться: жестко, без всякого сочувствия указал Зверю его место. А главное – запретил выходить в сеть и передавать что-либо Домой.
«Где Дом?»
Машина ответила, что необходимо подключиться к Своим, чтобы узнать. Скорее всего, речь шла о флагмане. Но не это искал Лиам – как объяснить практически искусственному интеллекту, что от него требуется, не совсем представлял. Полная интеграция решила бы проблему, но тогда у Зверя больше шансов выйти в сеть и дать обнаружить себя и мятежного пилота.
«Где ты родился?» – продолжил попытки Лиам, когда они направлялись к точке перехода.
«Начало?» – спросил Зверь.
«Там рождаются Свои?»
«Далеко».
«Нам туда нужно».
Система координат Призрака значительно отличалась от принятой земной цивилизацией, но Лиам до выхода в гиперпространство передал полученные от Зверя данные на «Аполлон» – если получится, расшифруют. Если нет, засекут маяк, когда разведчики подберутся ближе.
Путь до базы занял почти три дня – Лиам позволял себе лишь легкую дрему. Выданные Карповичем стимуляторы помогали не переходить в фазу медленного сна, когда Зверь мог опять диктовать свои условия. К концу третьих суток Лиам уже из последних сил сопротивлялся воле биокорабля – утомление брало верх.
Начало, или база Консорциума, располагалось на одном из астероидов в поясе возле газового гиганта – неприметный безжизненный кусок породы, испещренный кратерами от ударов других, более мелких сотоварищей, на самом деле был защищен мощным силовым полем. На поверхности острые глаза Зверя (сейчас Лиам пользовался ими как своими) разглядели многочисленные купола с переходными тоннелями. Также имелись и другие объекты, назначение которых Лиам вычислить с ходу не мог, а вот еще три пристыкованных корабля размером с флагман вызвали приступ паники. «Целая армия», – подумал он, спешно передавая координаты.
Торопился не зря – Зверь вблизи своей родины оживился и начал атаковать Лиама, из-за усталости лишь вяло отбрыкивавшегося от ударов. В какой-то момент он потерял абсолютный контроль, и машина вошла в единую сеть, объединявшую Призраков: теперь о лазутчике знали все.
