— Я вижу, вы немного понимаете в медицине, — осторожно начал он, — И странно было бы, если бы рыцари-крестоносцы не понимали в медицине… Но теперь посмотрите сюда, синьоры! Что мы видим⁈ Хриплое, прерывистое дыхание. Одна из болезней горла? Как бы не так! Взгляните: язык чистый, не обмётан, горло не покраснело! У пациента жар, вы можете убедиться, потрогав его лоб. А теперь пощупайте пульс! Сердце бьётся ровно и ритмично! Тогда с чего бы быть жару⁈ А теперь обратите внимание на белки глаз! Вы видите, что они не пожелтели, не помутнели… И что же тогда это за болезнь⁈ Посмотрите на проступившие вены! Это болезнь крови? Но мы только что проверили сердце, и сердце в порядке! Желудок? Но его не тошнит. Живот мягкий, значит воспаления в кишках нет, я проверял. Взгляните на эти пятна! Это не чума и не что-то подобное. Аллергия? Я таких цветных аллергий не видывал! Тем более, что чаще всего аллергия бывает весной, да и протекает иначе. Покраснение кожи и проблемы с дыханием, не более. А здесь…
— Так какой же ваш вывод? — не выдержал Марциан.
— Я склоняюсь к отравлению, — поджал губы доктор, — Но это отравление таким загадочным ядом, что я теряюсь в догадках! Я с таким не то, чтобы не сталкивался, я про такое и не слыхивал!
— Отравление… — задумался Марциан, — А ведь, может быть… Он часто отпрашивался на прогулки и обедал отдельно от нас. Вот только… кто бы мог его отравить? И за что? Ну, не папа же римский, в самом деле, прости Господи!
— Я знаю! — испуганно вскочила я, заламывая руки, — Это тот наш враг, который следовал за нами по пятам всю дорогу в Рим! Помните? Помните⁈ Он постоянно выцеливал именно Андреаса, стараясь, не повредить остальным! О, Боже! Я не знаю, почему он это делал и за что хотел смерти Андреасу, но он воплотил свой коварный замысел! Он подкараулил Андреаса в одной из отлучек, и сумел отравить его! Сжалься над ним, Матерь Божья! Над Андреасом, а не над тем убийцей!
— Наверное вы правы, сударыня, — посерел лицом Марциан, — И я тоже, старый дурак… добрались до Рима, я и расслабился… Доктор! Какие прогнозы на выздоровление⁈
— Неутешительные! — признался Джеронимо, — Я вижу, организм молодой и борется с ядом, но… если это было целенаправленное отравление, то шанс на выздоровление невелик, увы! Впрочем, не исключён! Надейтесь на милость Божию, господа! Всё в руках Господа всемогущего…
— Доктор! — взвизгнула я, ощутив рядом движение, — Он кажется… он приходит в себя!
И действительно, Андреас со стоном открыл глаза и пытался приподняться.
Мгновенно сильные руки вздёрнули его над кроватью, придав сидячее положение, а под спину подсунули подушку.
— Андреас! Андреас! Ты слышишь меня?… — позвал Марциан.
— Да… — простонал парень.
— Как вы себя чувствуете? В каком месте болит? — тут же пошёл в атаку доктор.
— В груди… печёт… — с трудом выговорил Андреас, пытаясь поднять руку и показать, где именно болит, но так и не смог сделать этого простого движения, рука безвольно упала, — И в желудке… огонь…
— Яд! — уверенно заявил доктор, победно оглядев окружающих, — Редкий, но страшный, яд!
— Пить… — слабым голосом попросил Андреас.
Я взглянула на стол. Твою мать! Даже кружки нету!
— Воды! — уже взревел, чуть не вышибив дверь, Марциан, — Живо воды!
И тут же загрохотали шаги по лестнице, словно кто-то поджидал команды. Секунда… две… в открытую дверь влетел Норберт, протягивая флягу:
— Вода!
— Пей! — перехватила я флягу, и поднося её к губам парня.
Видно было, как ослаб бедный Андреас. Вода текла у него по губам, по подбородку, по шее, стекала на грудь и капала на пол, а он пытался редкими, слабыми движениями губ ухватить глоточек. Господи, как мне его стало жалко!
— Спа-си…
Андреас пробормотал это почти неразличимо, падая на кровать, по всей видимости, опять потеряв сознание. Я еле успела подхватить его и подсунуть подушку под голову. А потом укутала одеялом. И села на край кровати, пытаясь унять дрожащие губы.
— Спасибо, Норберт, — вместо меня поблагодарил оруженосца Марциан.
— О чём вы, сударь⁈ — чуть не с обидой возразил оруженосец, — Я бы его не водой, а кровью своей напоил, если бы на пользу было!
— И всё же, спасибо. Иди, мы с доктором ещё немного поговорим, и соберём совет. А пока иди, Норберт. И передай рыцарям, пусть готовятся к совету.
— Слушаю, ваша милость!
— Ну, доктор, ваш окончательный вывод? — спросил Марциан, когда Норберт вышел.
— Шестьдесят… нет, даже семьдесят процентов, что умрёт, — сурово, но честно, ответил Джеронимо, — Если выживет, то минимум две недели на излечение. Я бы больше рассчитывал на три недели, а может и месяц. Даже, если вылечится, никаких шансов, что здоровье вернётся полностью. Возможны страшные последствия, в виде приступов боли или ещё какой гадости. Вот такой мой вывод, синьоры!
— Спасибо, доктор! — не менее сурово ответил Марциан, — Теперь мне есть что сказать на совете рыцарей. Сколько мы вам должны за визит?
— Договоримся… — отмахнулся Джеронимо, — Случай настолько интересный, что может быть, я вообще денег не возьму! А опишу этот случай в каком-нибудь трактате!
