— Вот и я не знаю, что вам ответить… — вдохнул Джеронимо, — То, что я вижу у нашего больного, противоречит одно другому! Это не сочетается, как не сочетается топор с рыцарским копьём! Но, с другой стороны, я же вижу это своими глазами? Значит, должно быть объяснение… Хм!.. Пока могу сказать одно: вашему товарищу нужен покой, обильное, тёплое питьё и квалифицированная сиделка. Если нужно, я могу прислать одну из своих сиделок…
— Не нужно! — я выпалила это, даже не задумавшись. Само как-то вырвалось, — Я имею необходимые навыки, доктор!
— Ну и хорошо, — доктор в сомнении поглядел на меня, но спорить не стал, — Завтра с утра я ещё наведаюсь. Думаю, три-четыре дня, и мы разберёмся с этой медицинской загадкой. И тогда назначим правильное лечение.
— Три-четыре дня⁈ — чуть не взвыл Марциан, — А может, и больше⁈ Это невозможно! Мы торопимся!
— Послушайте меня, синьор, — повернулся к нему Джеронимо, — Ни один врач в округе не сможет определить эту болезнь. А если он вам скажет, что определил, значит это не врач, а шарлатан! Поверьте человеку с тридцатипятилетним стажем! Вы, конечно, можете забрать вашего больного и продолжить свой путь. Но тогда вы, и только вы, будете держать ответ перед Господом в случае его смерти. Готовы рискнуть? В добрый путь. А если не готовы, то послушайте доброго совета: останьтесь здесь на несколько дней. Пока ваш товарищ не поправится.
— Я подумаю, — буркнул Марциан, — Я хорошенько подумаю! Эй, хозяин! Отдельную комнату для больного! А потом мы обсудим, что ты подашь нам на ужин.
— Да-да! — встрепенулась я, — Несите больного в отдельную комнату. Брат Марциан, скажите хозяину, пусть мой ужин прямо туда отнесут. Я присмотрю за больным. В конце концов, меня сам доктор Штюке этому учил!
— Хорошо, — кивнул Марциан, — Я распоряжусь…
Вы, наверное, думаете, что мы остались наедине с Андреасом, и я присела рядом с ним на кровать, стала бережно укутывать его одеялом, поправлять подушку, и всё это, перемежая печальными вздохами и бормоча всякие нежные глупости, какие только в голову придут?.. Ну, как я это сама представляла? Фигушки!
Сперва припёрлась Эльке. И заявила, что чувствует себя неуютно за столом среди рыцарей. Не по чину ей в такой компании в одиночку сидеть. А к оруженосцам соваться вообще боится! Она среди них никогда не была и не представляет, как должна себя вести. Я обругала её дурой, но что я могла поделать?.. Частично она права.
Потом заявилась служанка с подносом еды, и Эльке принялась так азартно чавкать, что даже у меня аппетит прорезался, хотя я думала, что он полностью исчез, после происшествия с Андреасом. Я приказала подвинуть столик поближе к кровати, и тоже слегка перекусила, нет-нет, а перемежая пищу глотком вина. Именно тогда мне пришла в голову мысль, и я приказала Эльке сбегать к повару и заказать, чтобы он посушил сухариков. Если вдруг Андреасу полегчает, думаю, сухарик ему не повредит?.. Эльке, прямо с набитым ртом, убежала исполнять приказание.
Потом Эльке вернулась, как раз, когда я наклонилась над Андреасом, взбивая ему подушку. Не знаю, что вообразила глупая девка, но почему-то покраснели мы обе… А я дала себе слово, что буду осторожнее в своих действиях. Мало ли какие мысли могут в чьи-то головы прийти?
